– Понял, – кивнул Григорьев.

Харлампиев вынул из папки фотографию, показал Ермолаеву.

– Никого не напоминает?

Тот посмотрел, покачал головой:

– Нет.

Начальник повернул фотографию к собравшимся.

– Знакомьтесь, господа. Тот самый незваный гость, которого мы ждём. Как мне стало известно, похожий на него человек уже пересёк границу Российской империи. К сожалению, взять его не удалось. Так что не сегодня завтра он будет у нас в Москве.

– А кто это? – поинтересовался поручик Денисов.

– Это, господа, кто не знает, опаснейший террорист, правая, так сказать, рука самого Евно Азефа, руководителя боевой организации эсеров, некто Гордон, по кличке Виртуоз, собственной персоной. Нам брошен вызов, господа.

Григорьев нажал на медную кнопку звонка, и за дверью послышались звяканья колокольчика. Открывший дверь привратник вопросительно взглянул на посетителя.

– К доктору, – коротко процедил тот.

– Он вам назначал?

– Разумеется. – Григорьев отодвинул плечом привратника и вошёл.

В прихожей доктор раскланивался с пациентом.

– Алексей Михайлович, к вам, – сказал привратник, демонстративно пожав плечами.

Доктор внимательно взглянул на вошедшего и поспешил распрощаться с клиентом.

– Прошу.

В кабинете, усадив гостя, доктор с участием поинтересовался:

– Что вас беспокоит?

– Вы, Лейба Моисеевич.

– Извините, – доктор поправил пенсне. – Кто вы? Откуда? Из полиции?

– Да.

– Тогда потрудитесь объяснить цель вашего визита.

– Объяснять будешь ты.

Доктор вскочил и, бледнея, указал на дверь:

– Я прошу вас покинуть кабинет.

Григорьев даже не пошевелился.

– Тебе привет, Лейба.

Это было сказано таким тоном, что доктор похолодел. Он стал понимать, откуда явился этот наглый тип. Но губы будто сами собой выговорили:

– От кого?

Гость отчеканил:

– От начальника охранного отделения Харлампиева. Не забыл?

Внутри у Гринберга всё оборвалось. Конец, подумал он.

– Слушай меня внимательно, Лейба. Ты вмешался в очень нехорошую историю. Такую нехорошую, что тебе теперь не поможет никто.

– Да объясните, в конце концов, в чём вы меня обвиняете?

– В библиоте… – начал Григорьев, но доктор перебил его, закричав:

– Ах, в библиотеке!.. Теперь я понял! В библиотеке я помогал задержать, к вашему сведению, вора, который оказался вашим шпиком, и теперь вы мне пытаетесь отомстить!

– Молчать! – рыкнул Григорьев и, схватив доктора за фалды пиджака, тряхнул так, что пенсне отлетело в сторону. В дверях показалось лицо привратника.

– Алексей Михайлович, ничего не нужно?

– Закрой дверь, – приказал Григорьев. На вопросительный взгляд привратника бледный доктор лишь вяло махнул рукой.

– Но я же не знал!

– А кого это волнует, если речь идёт о покушении на царя. – Сыщик мотнул головой вверх. – Ты понимаешь, на царя! В этой ситуации все твои заступники будут шарахаться от тебя как чёрт от ладана.

– Ах, боже мой, – запричитал доктор.

– Перестань ныть, – оборвал его Григорьев, – вся твоя жизнь теперь зависит от того, сможешь ты нам помочь или нет.

– Что я должен сделать?

– Ответить на мои вопросы. Готов?

– Да…

– Ты часто бываешь в библиотеке?

– Раз-два в неделю.

– Тех, кто там бывает постоянно, знаешь?

– Ну, более-менее.

– Был в тот день кто-то из незнакомых? Вспоминай!

Доктор наморщил лоб.

– Напрягись. Был ли в тот день кто-нибудь, кого ты в читальном зале не видел никогда?

Доктор пожал плечами:

– Не помню…

– Вспоминай!

– Пожалуй, – неуверенно начал доктор, – пожалуй, был… Да, был. Я его никогда прежде не видел. Да, он сидел с краю.

– Как он выглядел?

– Длинные, до плеч, волосы, – наморщив лоб и чуть прикрыв глаза, заговорил доктор. – Очки. Бородка. Мундир… Такой, я бы сказал, не первой свежести… Типичный вечный студент…

– А потом, после скандала, ты его видел? Где он был?

Доктор опять задумался.

– Не помню… Нет… Да, точно. Мы, – он виновато сконфузился, – то есть те, кто… – он запнулся.