Но вот спускаться по таким склонам — одно удовольствие! Взяв небольшой разбег, я сразу прыгнул как можно дальше, чтобы можно было в полёте рассмотреть поле боя. Время словно замедлилось, глаза мои метались из стороны в сторону с огромной скоростью, чип работал на полную, обрабатывая всю поступающую информацию…

И я увидел опасную цель — непонятно, как и откуда, но противник смог доставить гравитационный танк, которому большая часть преград просто побоку, он их преодолеет на гравитационной подушке. Либо пробьёт своей массой. Высоко он не мог взлететь, слишком тяжёлый был для этого… но факт остается фактом, на земле для этой машины противника сейчас нет.

Но я лишь зловеще улыбнулся. На траектории движения этого танка стояла немного покорёженная, но более-менее целая оборонительная платформа с двадцатью среднекалиберными стволами. Они не обладали такой большой разрушительной мощью, как установка с двенадцатью пушками, но и этого по расчётам чипа должно было хватить, чтобы превратить танк в покорёженный металлический скелет.

Приземлившись в группу наступающего противника, я вызвал достаточно большую ударную волну. У такого приземления был побочный эффект, я сломал обе ноги, которые тут же срослись, но вот на такое повреждение были затраты подконтрольного вещества.

Встав в полный рост, я в прыжке нанёс удар с ноги по лежачему противнику, который пытался встать и одновременно выстрелить в меня из своей автоматической винтовки. Ему это не удалось. Удар ноги пришелся точно в дуло автомата, который в свою очередь прикладом сильно продавил грудь бойцу противника. Он не умер сразу, но точно умрёт, с продавленной грудной клеткой долго не живут. Хотя он выстрелил. Я даже не почувствовал. Дырка от пули заросла почти мгновенно.

Второго я убил так же с одного удара, но он уже успел подняться на колени. Удар пришёлся с кулака ровно в темечко, пробив его, вызывая весьма омерзительный хруст. Этот точно труп, мозги не способны выдержать такого давления и продолжать выдавать команды телу. Аж самому почему-то противно стало.

Третий, увидев всё это, а также мою левую руку, которую я преобразил специально для него, предпринял весьма оригинальный, в отличие от своих коллег, подход. Он достал из кобуры пистолет и просто выстрелил себе в голову, предпочитая умереть без мучений. Я удивился, ухмыльнулся и побежал в сторону нужной мне защитной установки.

Приложив свою руку к ней, всё прошло в точности по тому же сценарию, как и в прошлый раз. По технике прошла тёмная волна, повреждённые элементы сразу стали работать, а исправные стали работать куда лучше, чем раньше.

Внимание! Сработало ограничение способности «Подчинение механизмов»! Ограничение: возможность применения способности не более двух раз за сутки, а также четырёх раз в неделю. До следующего применения способности осталось 22 часа 39 минут.

— Плевать! — злобно усмехнулся я, когда перед глазами начал появляться силуэт танка.

Взяв в руки рукоятки управления этой установки, я стал выжидать и наблюдать. Сегодня будет славный день. Столько жизней у противника будет перечёркнуто, столько разумов будет погашено… сегодня я — жнец, несущий только смерть! Сегодня я — крепость, защищающий жителей этого городка! Сегодня я буду упиваться смертями противника, делая благое дело!

— Бах! — сказал я с лёгким безумием, нажимая на кнопку открытия огня.

С первого же залпа гравитационный двигатель танка вышел из строя. С первого же залпа пара десятков бойцов тут же слегла рядом без возможности подняться, с первого же залпа вокруг меня начался такой ад, что самому было страшно. Но после первого залпа танк был всё ещё боеспособен. Но результат мне уже нравился. Эффектный. Кровавый. И, что самое главное… эффективный!

Орудие оказалось однозарядным, боеприпасы имели фугасный или кумулятивный принцип действия, чёрт пойми современные боеприпасы, если не учитывать, что они сделаны лет сто назад и штампуют их, как я понял, под землёй по старым схемам. Люди внутри танка остались целы, командир точно. В таких типах танков всего два члена экипажа: пилот и командир. Пилот гарантированно мёртв, но, судя по движению башни в мою сторону, командир точно жив.

Когда пушка танка сделала первый выстрел, бронебойный, я успел заметить сам снаряд, тот пролетел чуть выше моей установки. Это был просто невероятно экстремальный момент. Я уже подумал, что мне придётся снова всего себя собирать по городу… но нет. Повезло. И я снова жму на кнопку выстрела, система орёт, что происходит перезарядка, ствол танка противника уже смотрит чётко в тебя… И тут промах! Истеричное «ха» вырвалось само по себе. Но всё равно…

— Какого хрена перезарядка?! — крикнул я глухой автоматике. — Из всех пушек только в одной был снаряд?!

Но перезарядка оказалась достаточно быстрой. Следующее мгновенье для танка стало последним. Я нацелился чётко в башню, прищурился, улыбнулся и тихо прошептал: «Удачи в аду!». Медленно опустил палец на кнопку: сейчас мне было невероятно приятно нажимать на неё. Время вокруг меня словно замедлилось, я видел, как десятки снарядов словно нескончаемой очередью летят точно в башню танка, как они врезаются в неё, отрывая целые куски брони, как из всех щелей начинает идти пламя, как, наконец, башня тяжёлой техники срывается с положенного ей места и улетает в свободный полёт.