— Пристегнись, потому что эта игрушка вот-вот взлетит, — говорит он с сексуальной ухмылкой, а затем протягивает руку, чтобы пристегнуть мой ремень безопасности, дергая за ремень, чтобы затянуть его.

Самолет экстравагантен с его белыми кожаными сиденьями и отделкой из дерева цвета кофе, которые добавляют мужской контраст. Двухместные сиденья слева и одноместные сиденья справа с подставкой для напитков, рядом с приличного размера туалетом. Над небольшим обеденным столом в передней части самолета, рядом с кабиной пилота, установлен телевизор с плоским экраном.

— Ну, как бы то ни было, — говорю я, пока он пристегивает ремень безопасности, — мне нравится твоя игрушка.

— Пока мой ребенок счастлив.

Пилот оглядывается через плечо со своего места в кабине и говорит:

— Нам разрешили взлет, сэр. Вы готовы?

— Мы готовы, Уильям.

— Вы хотели бы уединения во время полета?

— Да.

Я смотрю на него с озадаченной усмешкой и спрашиваю:

— В прошлый раз ты не хотел уединения?

— Это потому, что Лаклан был с нами.

Его флирт разжигает во мне огонь, но он просто подмигивает и берет мою руку в свою, переплетая свои пальцы с моими, когда самолет начинает двигаться.

— Приготовиться к взлету, — объявляет голос пилота из динамика.

Я крепче сжимаю руку Деклана, когда самолет набирает скорость.

— Ты нервничаешь?

Я смотрю в окно, как мы взлетаем и поднимаемся в небо.

— Элизабет?

Я поворачиваю к нему голову и киваю, мои пальцы крепко сжимают его. Он заправляет прядь волос мне за ухо, и я закрываю глаза, когда наклоняюсь навстречу его прикосновениям.

— Поговори со мной.

Я моргаю и открываю глаза.

— Возвращаться назад как—то странно. Все там знают меня как Нину. Я не могу быть никем, кроме нее, в этом городе.

— Я знаю, — говорит он, голос тонет в сострадании.

— Тебя это беспокоит? Потому что это меня беспокоит.

— Это часть того, кто мы есть.

— Но тебя это беспокоит? — Я спрашиваю снова.

Пожимая плечами, он признает:

— Отчасти. Но мы в этом вместе. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы эта поездка была короткой и без происшествий.

Мой желудок скручивается в узел, желая, чтобы одно из моих многочисленных бесконечных желаний погасило воспоминания, которые невозможно победить. Я хочу вырваться из паутины, которую я сплела, и которая теперь прилипает ко мне, как песок к жемчужине. Хотя я и не жемчужина, скорее слизь, которая растит жемчужину внутри устрицы. И я должна задаться вопросом, есть ли под моей защитной оболочкой, если вы достаточно глубоко копнете сквозь слизь, кусочек чистоты?

Я помню один из моих разговоров с Айлой, она сказала мне, что мы все пронизаны святыми нитями.

Возможно.

— Иди сюда, — говорит Деклан через некоторое время.

Он поднимает подлокотник между нами, пока я отстегиваю ремень безопасности, а затем сажает меня к себе на колени. Я обхватываю его руками за шею, а он меня за талию, я прижимаюсь головой к его голове.

— У нас все будет хорошо, — шепчет он глубоким шепотом.

Я киваю. Его рука двигается под мой топ и скользит вверх по позвоночнику, посылая волну покалывания по моей коже. С открытыми глазами мы пристально смотрим друг на друга. Мои руки находят путь в его волосах, и я хватаю их в кулаки, когда его рука перемещается, чтобы провести по моему животу.

— Скажи мне, чего ты хочешь, — говорит он хриплым дыханием.

Он проводит рукой по моей груди и тянет шнуровку моего лифчика вниз под топ.

— Ты. Сырой и низкопробный. Прикоснись ко мне, как будто я нерушима.

Он сильно сжимает мой сосок между пальцами.

Я вскрикиваю, и мое тело вздрагивает от внезапной боли, которая пронзает нервные окончания, запутавшиеся под моей кожей.

— Да, — выдыхаю я.

Черный поглощает зеленый, когда похоть наполняет воздух вокруг нас, и он снова сжимает мой сосок, выкручивая так сильно, что мне приходится задерживать дыхание, когда мои пальцы царапают его плечи.

— Вот так? — спрашивает он, выпуская меня из своих пальцев.

— Ммм, хмм, — отвечаю я сквозь сомкнутые губы, в то время как моя грудь пульсирует, чтобы уменьшить боль, которую он причинил.

Он улыбается, но в его улыбке сквозит властное удовлетворение.

— Хорошая девочка.

Он снимает меня со своих колен, поднимает, а затем присоединяется ко мне. Медленно он берет подол моего топа и стягивает его через голову, прежде чем снять лифчик, мои соски затвердели от его нападения. Он снимает с меня остальную одежду, пока я не стою там полностью обнаженная и беззащитная, в то время как он остается одетым в свои брюки и рубашку на пуговицах.