– Merde! – закричал Стефан и попытался почувствовать хоть какую-то магию. Но казалось, что его тело застыло и не пропускает даже каплю энергию наружу. Он настолько сосредоточился пытаясь извлечь хотя бы эту каплю, что неверно оценил расстояние до противника. И Экалрат вздохнув использовала кусочек своей силы, что сформировала кровавую стрелку, которая подчиняясь её воле, пронзила барьер и влетела на огромно скорости в одну из «ос», которая подобралась ближе остальных.

Замерев в воздухе, тело твари Изнанки начало набухать, что привлекло внимание как остальных тварей, так и Стефана. Несколько секунд и тело существа увеличилось так как будто внутри него образовалось множество воздушных шариков, и ещё секунду спустя с жутким скрипом разлетелось на части.

– Например так… - сказала фея, будто сделала что-то обычное и простое. А Стефан посмотрел на неё с таким осуждением во взгляде, что не будь она ожившим цветком, точно бы смутилась.

Однако добился лишь того что девушка склонила голову на бок.

С трудом сдерживая рык злости, Стефан развернулся и отпрыгнул в сторону уклоняясь. Почти полчаса он вертелся на небольшом участке. Душа его стонала и была буквально исполосована темными линиями, однако Экалрат наблюдавшая со стороны не выглядела раздраженной.

– Неплохо. – мысленно поставила она оценку: - Как поймёт вообще будет отлично.

И не заметила, как её тень на мгновение исказилась, а далеко позади один из лепестков на Иве из ярко-красного стал темно-бордовым.

Дом Лииса

Стефан не заметил того момента, когда произошла замена. В принципе, как и всегда, мальчик предпочитал сравнивать этот процесс с тем как человек засыпает или наоборот пробуждается. Но даже так молодой Лиис потратил несколько секунд пытаясь вспомнить свой переход в пограничное состояние. Однако как обычно бросил данную затею, ведь для его разума это походило на то, что он просто моргнул и вот мальчик уже не по ту сторону Изнанки, а за столом в своём доме.

При этом он застыл как истукан с ложкой в руке с полностью пустым взглядом. Этого не могла не заметить Ядвига, что как раз сидела по другую сторону и вела записи в своей тетрадке. Поняв, что монолог собеседника внезапно оборвался, она на мгновение замерев, расплылась в счастливой улыбке. Глаза её также вспыхнули каким-то тёплым внутренним светом, и мальчик покраснев опустил глаза, мысленно подумав, что девушка стала ещё красивее с их последней встречи. При этом он заметил, как девушка закрыла тетрадку и подвинула её поближе к себе.

– Что пишешь?
– спросил он, потянувшись к тетрадке левой рукой. Но Ядвига, на эти попозлновения отреагировала быстро и почти что агрессивно, отодвинула тетрадку на самый край стола и положила поверх неё локоть.

И убедившись, что рука господина остановилась, похлопала глазами и спросила: - Это личное господин. Неужели вам так интересны мои секреты.

И не дождавшись ответа потупила взгляд, и сама чуть-чуть покраснела. И Стефан посмотрев на это и поразмышляв пару секунд, отступился убрав руку. Однако он попытался прочитать надпись на обложке, и ему даже это удалось прежде чем Ядвига окончательно убрала тетрадку.

– Яблочные пироги?
– пытался поверить в прочитанное подросток, не помнящий, когда в последний раз ел просто пироги, не то что яблочные. А осмысливая этот момент он посмотрел на тарелку каши перед собой.

– А в какой момент Ядвига начала готовить?
– спросил он себя и попытался вспомнить беря в рот новую ложку каши. Ведь смена сознания не означала исчезновение голода. Скорее наоборот спустя всего пару ложек, Стефан так набросился на еду, будто не ел минимум неделю.

Быстро покончив с порцией и волевым усилием заставив себя отказаться от добавки, подросток спросил: - А где Иван? Он вроде у нас за готовку отвечает?

– Господин.
– немного помявшись ответила Ядвига: - После вашего спора он... ну в общем он сейчас у себя.

Интонация, с которой была сказано последнее предложение, Стефану не понравилась. В ней чувствовалась какая-то неправильность и поэтому в один вопрос подтвердив, что Иван находится в своей комнате, поднялся с места и вышел. Провожаемый равнодушным взглядом Ядвиги, и тарелкой так и оставшейся на столе.

*****

Второй этаж встретил его нерадостно. С тех пор как умерла его сестра и началась его эпопея с Филипом, он редко поднимался на второй этаж, кроме как поспать, предпочитая короткий отдых проводить в гостиной, а на второй этаж тащиться только когда истощение души, доходило до предела.

Пройдя мимо бывшей комнаты сестры и даже не посмотрев на жизнерадостную надпись, которую так никто и не стёр. Пройдя дальше, он остановился перед дверью слуги и не стучась, толчком открыл её.

Иван в этот момент сидел в своём кресле с потерянном видом и поэтому отреагировал на дверь медленно. Медленно по началу, но всё-таки отреагировал и попытался вскочить с кресла, в котором уже давно устроился. Попытка оказалась неудачной и ноги его от долгого сиденья, слушались хозяина плохо и запнувшись друг об друга опрокинули своего хозяина. Иван рухнул перед проходившим Лиисом на колени, но он бросил лишь короткий взгляд и сел на стоявшую тут же кровать.