Робин не избежал чар Дженни, и вскоре каждый вечер его можно было видеть торчащим у ее калитки. Дженни поначалу весьма благосклонно принимала его ухаживания, и все вокруг заговорили о скорой свадьбе. Но не успели Фрэнк Уиллоу и его старуха вздохнуть с облегчением -- о лучшем женихе для дочки они и не мечтали!
– - как Дженни разбила их надежды. Одним майским вечером она вернулась с прогулки сердитая и с порога заявила:

– - Ну все, хватит с меня Робина Джилфри! Сегодня в последний раз с ним гуляла!

– - Господи!
– - в ужасе ахнула миссис Уиллоу.
– - Что ты говоришь, дочка?!

– - Говорю, что мне надоел Робин Джилфри, и больше он здесь не появится!

– - Ты с ума сошла! Что он такого натворил?

– - Ничего! Да только невесело с ним гулять! Думаешь, он хоть раз рассказал мне что-нибудь веселое? Как же! Все молчит и смотрит, смотрит так серьезно, пристально, что делается не по себе, и холодный пот прошибает. Я ему говорю:"Робин, что ты такой неласковый?" А он мне в ответ:"Я так сильно люблю тебя, Дженни, что мне трудно шутить и смеяться с тобой. Мне хочется просто сидеть рядом и смотреть на тебя".

– - И это все?
– - не поверила своим ушам миссис Уиллоу.
– - И из-за такой ерунды ты поссорилась с ним?

– - Ну да. Сегодня я ему так и заявила, когда он попросил меня выйти за него: не могу я быть ему женой, раз он такой неласковый! Да мне порой страшно с ним делается, а уж скучно -- всегда! Как же жить с таким мужем?

Нет слов описать, как рассердилась миссис Уиллоу на свою дочь. Она закричала:

– - Ах ты, вертихвостка! Все ей шутки да веселье! Отшила такого хорошего парня! Конечно, где тебе понять, что Робин и человек серьезный, и влюблен в тебя всерьез! Тебе лишь бы балагурить и хихикать с парнями у калитки! Неласковый! Ишь!

Тут Дженни расплакалась, да так горько, что мать еще немного поворчала и стала ее утешать. Через полчаса они уже совсем помирились и успокоились, как вдруг раздался стук в дверь. Миссис Уиллоу открыла и в ужасе замерла на пороге: перед ней стояла старая миссис Джилфри, мать Робина.

Старуха, исподлобья взглянув на миссис Уиллоу, прошамкала:

– - Что, так и будешь держать меня за дверью? Пусти-ка, я пришла поговорить с твоей дочкой!

– - Ее нет дома...
– - начала было выкручиваться миссис Уиллоу, чувствуя, что пахнет скандалом. Но старуха тут же ее перебила:

– - Эй, не ври мне! Я знаю не хуже тебя, что она здесь! И я хочу сказать ей пару слов.

И она ловко отодвинула в сторону растерявшуюся миссис Уиллоу и вошла в дом. Дженни, услышав, кто пришел, изрядно перепугалась и хотела было выскочить на кухню, но старуха остановила ее:

– - Иди-ка сюда, красавица! Что же ты бежишь от меня, как от чумы? Или ты боишься?

Это задело Дженни за живое, и всегдашнее бесстрашие вернулось к ней.

– - Чего мне бояться?
– - с вызовом спросила она.
– - Я не сделала ничего дурного, чтобы бояться!

Ее слова привели миссис Джилфри в ярость.

– - А, ты не сделала ничего дурного, -- прошипела она.
– - Да, только выставила моего сына на посмешище. Завлекла его, поиграла и выбросила, когда надоел. Ах ты, шлюшка!

Дженни покраснела, но не от стыда, а от бешенства. Миссис Уиллоу кинулась было на защиту дочери, но Дженни сказала ей:"Погоди, мама!" и повернулась к старухе.

– - Миссис Джилфри!
– - проговорила она ледяным тоном и высокомерно, как королева.
– - Мне непонятно, по какому праву вы врываетесь сюда и оскорбляете меня в моем собственном доме! Я никогда не "завлекала" вашего сына -- это он не давал мне проходу своими ухаживаниями! И я никогда ничего не обещала Робину. А если деревенские сплетницы решили, что мы жених и невеста, то это не моя вина. И что такого в том, что я не хочу больше, чтобы он за мной ухаживал? Мне кажется, я могу сама выбирать себе мужа, а замуж за Робина я не собираюсь! Это не я, а вы выставляете его на посмешище! Если он чем-то недоволен, то пусть сам придет и скажет, а вам, дорогая миссис Джилфри, здесь делать нечего!

И Дженни повернулась и пошла прочь, считая разговор оконченным.

– - Нет, постой!
– - завопила старуха и вцепилась в руку Дженни своими желтыми скрюченными пальцами.
– - Я еще не все сказала, что хотела! Тебе мой сын пришелся не по нраву тем, что он, якобы, неласковый. Говори, так или нет?!

– - Какое вам дело? Отпустите мою руку!
– - крикнула Дженни, пытаясь вырваться из цепких пальцев старухи, но тщетно.
– - Ну, так, так!

– - Значит, мой сын неласковый?
– - проговорила старуха с недоброй усмешкой.
– - Ну что ж, красавица, обещаю тебе -- скоро будет у тебя ласковый любовник! Вот тогда ты наплачешься и пожалеешь, да будет поздно!

Миссис Уиллоу в негодовании бросилась на старуху, но та уже выпустила руку Дженни и проговорила так, словно ничего не случилось:

– - Любезная миссис Уиллоу, не буду больше отнимать у вас время! Прощайте!

И, сказав так, миссис Джилфри невозмутимо удалилась.

Какое-то время мать и дочь стояли оглушенные, не в силах произнести ни слова. Наконец, миссис Уиллоу медленно проговорила:

– - Ах, Дженни, не нравиться мне, что эта карга тебе наобещала! Все про нее говорят, что она ведьма -- и, верно, неспроста! Боюсь, как бы она не наслала на тебя сглаз, или порчу, или еще что похуже!