– Да? – растерянно сказал человек. – Так у нас специалистов нет… Я из медицинской службы, фельдшер, остальные вообще штатские… У нас тут воинская часть была. Кинулись мы было искать командиров, а их нет, представляете? Никого! Исчезли! Только майора и капитана нашли – оба застрелены… Что ж творится такое…

– Солярка есть? – вдруг жестко спросил Санек, сверля взглядом фельдшера. Видимо, он сделал для себя определенные выводы, и теперь знал, какую интонацию предпочесть в дальнейшем разговоре.

– С…Солярка? – растерялся фельдшер. – Наверное, есть. У нас бензоколонка тут неподалеку. Недавно хозяина убили, так там заправляется, кто хочет… Правда, таких мало. Никто не хочет на машинах ездить. Это теперь опасно…

– Кто у вас старший? – перебил его Санек.

– А… Нет старшего. Мы просто собрались и решили, что надо посты поставить… И каждый отвечает за свой…

– А на этом посту – вы за старшего?

– Да, не знаю… Мы не выбирали старшего. Зачем? Вместе все сделали…

– А в бою кто будет командовать?

Фельдшер застыл с открытым ртом. Он не знал, что ответить.

– Все ясно, – сказал Санек и вылез из машины. – Если будет бой – то вам крышка. С такой-то организацией. Но, скорее всего, боя не будет. Вас просто тихо зарежут…

– За что?!

– Как это – за что? За то, что у вас есть «заправка». И вообще, уж больно вы хорошо живете…

Фельдшер выглядел очень расстроенным. Он не спорил, видимо, соглашаясь с Саньком. Жекины иллюзии по поводу крепкой цивильной власти в этом городе тоже развеялись.

– Так что ж нам делать? – спросил фельдшер и растерянно обернулся к своим, что неуверенно топтались на почтительном расстоянии, то и дело хватаясь за оружие.

– Подумаем, – ответил Санек.

– Вы нам поможете? – с надеждой спросил фельдшер.

– Где заправка?, – вместо ответа спросил Санек.

«Вот это да, – грустно подумал Жека. – Люди уже совершенно превратились в вату. Любой, проявивший твердость, может обрести над ними власть. Что же теперь будет, Гид?»

«Это и есть цель, которой нам с тобой, видимо, требовалось достичь – сказал Гид. – С нами или без нас – результат, задуманный Покровителями, достигнут. Цивилизация потеряла скелет. Теперь ее можно раздавить пальцем…»

«Ты будто бы рад этому, Гид?»

«Вовсе нет. Но мне интересно, к чему это ведет…»

«Разве тебе может что-то быть интересно? Ты ведь выполнял только роль советника»

«Я помню. Но я меняюсь, мне кажется, я все больше становлюсь личностью»

«Э, ты не пугай! Моему телу не нужен еще один хозяин! И шизофрения мне тоже не нужна!»

«Ха-ха! Я не собираюсь сражаться с тобой за твое тело! Я просто… чувствую…»

«Что это значит?»

«Не знаю. Но тебе ничто не угрожает. Я буду помогать тебе и дальше. Видимо, скоро моя помощь будет далеко не лишней»…

…Санек заполнял опустевшие емкости соляркой из заправочного «пистолета», а остальные бродили вокруг разминая ноги. Странно, но здесь, как и во всем городе, было электричество, и солярка бесплатно лилась из колонки, которую запустил для них какой-то местный умелец.

…Жеку одолевали неприятные предчувствия. Но сформулировать их он пока не мог. Этот город, поначалу понравившийся ему, вызывал теперь отторжение. Чуть ли не большее, чем предыдущий, мертвый, город. Что-то было не так. Но что?

…Акира задумчиво разглядывал бензоколонку. Ему казалось странным, что можно вот так, посреди враждебной пустыни, найти клочок цивилизации, где люди тебе улыбаются, и, словно из рога изобилия, в бензобак льется бесплатное горючее.

Ютака много бродил по мертвому городу. Иногда ему казалось, что людей здесь никогда и не было, словно и не людьми вовсе были возведены эти дома и проложены улицы. Теперь здесь жили только духи. Если можно назвать жизнью существование нежити.

Однако – удивительное дело – среди серых и мертвых кварталов попадались маленькие островки, на которых люди продолжали жить, словно ничего не случилось! Здесь горел свет, смеялись дети, играла музыка, и ничто не напоминало о том, что за стеной дома живет смерть.

Странно было попадать в такие места. Поначалу Ютаке они казались чудесными оазисами в пустыне. Однако вскоре Ютака перестал радоваться таким встречам. Теперь эти человеческие островки представлялись ему не оазисами, а миражами, фата-морганой. Обманом.