Ирония не ускользнула от него, потому что он сделал то же самое с ней. Она была связана их сделкой — величайшей сделкой, которую он когда-либо заключал, потому что, в конце концов, она не обязана была любить его. Нити тысяч смертных и Божественных были сотканы Судьбами. Это не гарантировало брака по любви, а брак между ним и дочерью Деметры был еще менее вероятен.

Лахесис прищурила глаза.

— Ты боишься, Аид?

Бог сверкнул глазами, и три Мойры рассмеялись.

— Мы можем плести Нити Судьбы, милорд, но только ты контролируешь то, как разворачивается твоё будущее.

Клото исчезла.

— Будешь ли ты управлять своими отношениями так же, как ты управляешь своим королевством?

Лахесис исчезла.

— Или будешь упиваться хаосом?

Атропос тоже исчезла.

И когда он оставался один, их смех эхом отдавался вокруг него.

Разве ты никогда не был влюблен?

Слова смертной вернулись к нему, забравшись под кожу, как паразит.

Нет, он никогда не был влюблен, и теперь он всегда будет задаваться вопросом… Выбрала бы Персефона его, если бы получила свободу?

***

Аид покинул особняк Судеб и оказался возле коттеджа Гекаты. Богиня Колдовства долгое время жила в Подземном мире. Аид позволил ей поселиться там, где она пожелает, и она выбрала темную долину, чтобы построить свой увитый виноградом коттедж. После этого она провела месяцы, выращивая огромное количество ядовитого паслена.

Аид лишь приподнял бровь, когда обнаружил, что она сделала.

— Не притворяйся, будто мои яды не были полезны, Аид.

— У меня не было таких мыслей, — ответил он.

Аид улыбнулся при этом воспоминании. С тех пор Геката стала его доверенным лицом, возможно, его ближайшим другом.

Она была снаружи, стояла под пятном лунного света, который струился через отверстие в кроне деревьев. В самом начале богиня похвалила его способность создавать то, что она назвала зачарованной ночью, но это было неудивительно. Аид был богом, рожденным из тьмы. Это было то, что он знал лучше всего.

— Что тебя беспокоит, мой король? — спросила она, когда он приблизился. — Минфа? Могу я предложить щелочь, чтобы исправить ситуацию? Это довольно болезненно при проглатывании.

Аид приподнял бровь.

— Уже подумаешь об убийстве, Геката? Еще даже не полдень.

Она улыбнулась.

— Я более изобретательна ночью.

Аид усмехнулся, и они погрузились в уютное молчание. Аид, погруженный в свои мысли. Геката, смотрящая на луну. Через мгновение она снова спросила его:

— Что тебя беспокоит?

— Судьбы, — сказал он.

— О, лучшие друзья. Что они сделали?

— Они дали мне жену, — сказал он, подняв брови. — Дочь Деметры.

Геката рассмеялась и быстро прикрыла рот рукой в ответ на вопросительный взгляд Аида.

— П-прости, — сказала она и откашлялась, собираясь с духом. — Она ужасна?

— Нет, — сказал Аид. — И это, наверное, самое худшее. Она прекрасна.

— Тогда почему ты такой мрачный?

Аид объяснил события своего вечера как можно короче — как он заключил сделку с Афродитой, впервые увидел Персефону, осознал, что его первобытная реакция на то, чтобы заявить на нее права, была необычной, и раскрыл нить, которая их связывала.

— Ты бы видела, как она посмотрела на меня, когда поняла, кто я такой. Она была в ужасе.

— Я сомневаюсь, что она была в ужасе, — сказала Геката. — Возможно, удивлена — может быть, даже оскорблена, если ее мысли были чем-то похожи на твои.

Геката бросила на него понимающий взгляд, но Аид не был так уверен. Гекаты там не было.

— Я никогда не видел, чтобы ты отступал от вызова, Аид.

— Я этого не делал, — сказал он. Он сделал обратное — он, по сути, привязал ее к себе на следующие шесть месяцев.

Геката ждала от него объяснений.

— Она сыграла со мной.

— Что?

— Она пригласила меня к себе за стол для игры, и она проиграла, — объяснил Аид.

К завтрашнему утру его метка появится на коже Персефоны, и когда она вернется к нему, он предложит ей условия их контракта. Если она потерпит неудачу, то навсегда останется жительницей Подземного мира.

— Аид, ты этого не делал.

Он просто смотрел на богиню-ведьму.

— Это Божественный Закон, — сказал он.

Геката сверкнула глазами, зная, что это неправда. Аид мог бы отпустить ее, не требуя от нее времени, и он решил этого не делать. Если Судьба собиралась соединить их, почему бы не взять все под свой контроль?