– Опять отбросы? – скривился человек. – Похоже, Правитель совсем перестал меня уважать…

– Как обычно, мы передаем тебе преступников, – примирительно отозвался старший охранник. – Посмотри, какие здоровые ребята эти четверо! Что передать моему господину?

– Через неделю, в это же время я буду ждать двадцать человек.

– Но…

– Или мне снова самому зайти в город?

– Хорошо-хорошо… Я все передам…

Охранники быстро убрались восвояси, оставив пленников наедине с человеком, которого боялся целый город.

– А вы изменились, Доктор, – сказал Стас, вглядываясь в лицо человека. – Загорели, приободрились. Свалка явно идет вам на пользу. Оставайтесь здесь навсегда, а?

– Спасибо за совет, – странно усмехнулся человек. – Только я не Доктор…

– Никита?!

– Нет больше ни Доктора, ни Никиты, – неожиданно тоскливо сказал человек. – Есть только Демон, Гасящий Миры…

– Как это? – профессионально оживился Батхед. – Одна личность подавила другую?

Демон так посмотрел на психолога, что у того пропало всякое желание задавать вопросы.

– …Что ты хочешь с нами сделать? – спросил Стас.

– То же, что и с остальными, – равнодушно ответил Демон.

Он шел впереди уныло бредущих людей, а те покорно плелись за ним, вызывая недоумение Стаса. Он уже успел обменяться многозначительными взглядами с товарищами. Те поняли друг друга без слов: что бы ни замышлял этот зловещий продукт экспериментов с человеческими душами, надо было искать возможности для побега.

– Вы мне не нужны, – сказал Демон. – Мне нужна только выжимка из вашего сознания. Экстракт…

– Ты даже не пытаешься нас обмануть, чтобы мы вели себя спокойнее, – сказал Копатель. Следовало больше говорить с врагом, чтобы оттянуть время и ослабить его бдительность.

– Это не имеет значения, – сказал Демон. – Я могу сделать то, что мне нужно в любой момент. Мне просто следует отвести вас туда, где я должен оставлять вас по договоренности с городом. А вам я предоставляю лишний день насладиться теплым солнцем и свежим воздухом.

Копатель тихо засмеялся. Демон наградил того равнодушным взглядом и движение колонны продолжилось. Невольные товарищи по несчастью – грязные оборванцы, которых здесь считали преступниками, казалось, смирились со своей участью. За исключением одного – сбитого коренастого крепыша со шрамом на плотной небритой щеке. Он зло поглядывал по сторонам и бормотал себе под нос проклятия. Было похоже на то, что он чего-то ждал.

И, как оказалось, ждал не напрасно.

Когда вереница связанных людей завернула за очередной мусорный холм, навстречу вышла целая толпа оборванцев со знакомыми уже обрезками водопроводных труб, палками и цепями в руках. Видимо, эти парни промышляли здесь разбоем, решил Стас.

– Мы извиняемся, господин, – нагло сказал один из оборванцев. – Мы тебя задержим ненадолго…

– Вы забываетесь, ребята, – недобро прищурившись, сказал Демон. – А ну, расступитесь!

– Конечно, – улыбнулся оборванец. – Мы и не думаем тебе мешать. Только заберем своего приятеля. Ванис! Ты ли это, мил-человек?

– Я, я! – пробасил тот самый крепыш со шрамом. – Давайте перерезайте веревки, руки затекли…

Оборванцы бросились было к невольникам, но Демон в ярости вскинул руку:

– А ну, стоять, жмых!

В ту же секунду десятки разбойников подняли железные трубки на уровень ртов и раздули щеки. Раздались множественные, еле слышные хлопки, и плащ Демона усеяли короткие иглы, обмотанные паклей. Пара игл вонзилась в его лицо.

Демон взревел так, что ныряльщикам стало страшно. Его глаза налились кровью. Он поднял обе руки и пронзительно закричал.

Друзья ожидали чего угодно, вплоть до громов, молний и разверзнутой под ногами врагов земли. Однако ничего подобного не произошло. Только нападавшие внезапно выронили из рук свои трубки, да так и остались стоять, равнодушно глядя перед собой.

Однако и Демон не смог в полной мере насладиться победой. Он дрожащими руками выдернул из щеки засевшие в них иглы, повернулся к пленникам и снова поднял руки со скрюченными пальцами в перчатках.

Все невольно подались назад. Стас вжал голову в плечи, ожидая неизбежного финала.

Но Демон лишь покачнулся, издал какой-то нечленораздельный звук и повалился лицом вперед, в мусор.

– Так тебе и надо, змея! – свирепо сплюнул Ванис. – Подохни же и ты от яда!

Он решительно направился к замершим в неподвижности подельникам, при этом, казалось, не замечал сопротивления повисших на веревках товарищей по несчастью.

– Полегче, родимый! – выкрикнул Батхед, сбитый с ног натянувшейся веревкой. – Еще не хватало при такой удачной развязке свернуть себе шею…

Ванис, не обращая внимания на протестующие возгласы, уже шарил связанными руками в лохмотьях замолчавших «освободителей». Наконец он достал у кого-то из-за пояса большой самодельный нож. Взяв нож в зубы, он ловко перепилил веревки на руках и закряхтел от удовольствия, разминая затекшие конечности.