– Лекс, чего ты хочешь? – тихо вздыхаю я, видя перед глазами его губы, к которым мне так и хотелось припасть. – Мне, действительно, больно. Я боюсь, что ты сделаешь нечто похожее. Я боюсь, что что-то не так во мне.

– Ольга! – Лекс неожиданно берёт меня за руку, и я вздрагиваю, отшатнувшись от неожиданности. – Бывший тебе изменил. Измена на его совести, ты тут не при чём. Здесь нет твоей вины. Это не ты «не такая», а это он мудак и сволочь.

– Но почему-то общество считает иначе. Если муж изменил, значит, жена запустила себя, – бурчу под нос, не соглашаясь с мужчиной.

Спокойный тон Лекса располагает к беседе, и я не могла бороться с желанием с ним поговорить по душам.

– Если мужа перестало что-то устраивать в его женщине, он может с ней поговорить. Словами через рот, ага. Если же совсем всё плохо в отношениях, и вы стали чужими и разными людьми, то развод. Или если он повстречал другую, то это тоже повод развестись, а не обманывать. Твоей вины здесь нет, – жёстко чеканит Лекс.

Он прав, и у меня от этих слов щиплет в глазах, и хочется расплакаться. Боль от обиды настолько сильна, и я никак не могла от неё избавиться, что отталкиваю ни в чём не повинных людей.

И как с этим бороться?

– Лекс… прости меня, – тихо выдавливаю из себя. Как раз в этот момент из глаз брызнули слёзы.

Я уже ненавижу себя. За слабость. За то, что наговорила гадостей понравившемуся мужчине. За то, что ему не верила. За всё.

– Оля? – удивлённо шепчет Лекс. – Только не плачь… Всё в порядке, я рядом. – Он притянул меня к себе, и я честно разрыдалась на его плече.

Лекс

Я понимал, что такое поведение Оли – нездорово. Но я решил, что ей лучше перебеситься и успокоиться, а уже потом можно поговорить с ней нормально, так сказать, по душам. Иначе я мог лишь испортить наши медленно развивающиеся отношения.

Лезть к воинственно настроенному человеку себе дороже. Всё равно, что убедить его в том, что он прав.

Впрочем, нас ждал десятичасовый перелёт наедине друг с другом. За это время можно успеть не только поговорить и помириться, но и опять поссориться. Конечно же, мне было тяжело видеть то, как Оля закрылась в себе, но я старался её не трогать.

И это привело к тому, что она расплакалась у меня на груди.

– Всё хорошо. Иногда поплакать – полезно. Облегчает эмоции, и делается легче, – вспомнил я слова Милены.

Мне всегда было тяжело смотреть на женские слёзы. Наверное, почти каждому парню на Земле тяжело наблюдать за тем, как любимый человек плачет.

Вот и мне было нелегко.

Но я решил последовать совету любимой сестрицы.

– Лекс, мне ни от чего не легче. Иногда я чувствую себя самым большим неудачницей на планете. А то, что я понравилась такому парню, как ты… – она всхлипнула, словно задыхалась от слёз, – в общем, мне кажется, что это недолговечно, и ты меня бросишь, когда найдётся вариант получше.

– Глупости. – Я поглаживал её по голове, пытаясь успокоить. Одновременно я хотел врезать её бывшему, рассказать, как правильно вести себя с девушками, и пытался подобрать слова, которые успокоили мою красавицу. – Я выбрал тебя, а я постоянен в своём выборе. То, что сделал бывший, недопустимо, и ты не должна винить себя в его ошибках.

Оля резко перестала плакать, отодвинувшись от меня, посмотрев стеклянным взглядом.

– Ты, правда, так считаешь? – тяжело вздохнула она, продолжая хныкать и тихо икать.

Попросил у проводницы воды и вновь обратился к своей красавице:

– Глупо перекладывать с больной головы на здоровую. Человек захотел изменить – он изменил. Ты тут ни при чём. Я уверен, что и он от текущей жены скоро начнёт гулять, если уже не начал. И нужно ли тебе это?

Проводница принесла стакан воды и печально улыбнулась Оле. Моя спутница благодарно кивнула и сделала пару глотков.

– Просто… это так тяжело… Я одновременно лишилась мужчины, которого так любила, и работы. И когда у тебя всё валится из рук в твоей жизни, то автоматически начинаешь думать, что с тобой что-то не так, а не с окружающими, – она вновь тяжело вздохнула, покачав головой.

– Это обычная реакция думающего человека, – кивнул я. – Но подключи рациональное мышление. Уверен, на работе кризис, от того они начали сокращения сотрудников. Измена и вовсе не твоя вина, когда изменили тебе. – Интересно, сколько раз я это повторю? – В общем, это просто так совпало. Выдохни. Когда вернёмся, я придумаю, что можно сделать с твоим пессимистическим настроением, а также с твоей низкой самооценкой, – уверенно заявил я, но, заметив её удивление, поспешно добавил: – Если ты, конечно, захочешь продолжать со мной отношения. В прошлые пару дней, когда я признался тебе в любви, ты включила режим маленького ёжика. И, вот знаешь, колючие ёжики обычно милые, а вот ты была ёжиком- переростком, который колол всё на своём пути.