– Любопытно, – протянул лич, полыхнув глазницами. – Пещерный жемчуг, если не ошибаюсь? Он сейчас кажется серым, но на самом деле имеет теплый золотистый оттенок.

– Да, – довольно улыбнулся инквизитор. – При другом освещении разница будет заметна. А у вас? Лунный камень?

– Селенит. Их часто путают. Но при другом освещении…

Лич ответил почти такой же улыбкой, будто скопировал, впрочем, любое доступное не-мертвому проявление эмоций нужно было копировать. В основном, из собственной памяти, но окружающие живые тоже годились.

– Вы приехали из Нодлута, чтобы со мной в сферы поиграть, светен?

– Пока просто предложить партию. И судя по тому, что я вижу, это будет игра на равных.

– У меня только «бита», а вы явились с полным набором, светен, и играть предстоит на вашей доске, где здесь игра на равных?

– Я предлагаю вам расставить фигуры, маджен Андрзедж.

– Это действия в рамках существующего соглашения или я могу попросить что-то взамен? – прозорливо поинтересовался некрарх.

– Я сам готов вам предложить кое-что взамен. Для начала… Не желаете ли сменить место обитания? Рядом с городком Нер-Ире имеется дивный особняк. Жилых помещений там осталось всего пара, но вам же и не требуется телесный комфорт. Разве что, компания. Иногда. А там как раз проживает, забавно звучит, весьма интересная не-мертвая дама. Но такому месту как Нери-мар нужен особый смотритель.

– Присматривать нужно за дамой?

– За домом. И его мертвым сердцем, корнями, как любят говорить в старых семьях. А дама – просто любопытный казус. Вы ведь любите магические аномалии, не так ли?

– А как же партия в сферы?

– Она уже начата, маджен. Две фигуры из возможных на доске.

– Это «биты». Разве можно вводить в игру две «биты» разом?

– Два «импульса», – поправил инквизитор. – Это будет весьма необычная партия.

– «Биты» выбывают первыми.

– Разве? – Арен-Тан приподнял бровь. Он не собирался, как-то оно само вышло. Стоит поработать над контролем.

Раздался скрип и скрежет. Лич смеялся.

– Ваш смех – музыка для моих ушей, маджен Андрзедж, – позволил себе некоторое преувеличение инквизитор.

– Вы мне бессовестно льстите. Очень маловероятно, что мой смех длявашихушей музыка. Зато для моих несомненная музыка то, что вы выговариваете мое имя без запинок и совершенно верно.

– Я тренировался, – ухмыльнулся Арен-Тан. – Был уверен, что вы отметите. Ведь чувство прекрасного вам тоже не чуждо, и вы цените хорошую мелодию так же, как вам любопытны ноты, нарушающие гармонию звучания.

– Полагаю, о музыке вы заговорили тоже не просто так.

Питиво смотрел в лицо, а пятка трости шуршала в пыли на полу. Легли параллельно друг другу две линии. Затем трость приподнялась и опустилась, несколько раз, оставляя между линиями вмятинки-точки.

– Это будет тема нашей следующей встречи и, надеюсь, уже не здесь, — сказал инквизитор, пристально наблюдая за движениями. За ним самим тоже водилась привычка черкать по бумаге в минуты задумчивости. – До Корре слишком неудобно добираться. Нер-Ире куда ближе. Сопроводительные документы придут маг-доставкой. Всего доброго, маджен.

Вечно-не-мертвый министр приподнял краешек шляпы. Не только в знак прощания. Он был согласен на партию в сферы.

Он уже как-то бывал в Нери-мар. Незадолго до своей трансформации. То ли на помолвке, но ли на свадьбе. Запомнилось торжество тем, что невеста (или новобрачная) была заметно на сносях и, к тому же, являлась жениху родственницей. Не слишком близкой, но достаточно, чтобы вызвать пересуды. У старых темных семей, владельцев первых даров Изначальной, подобное нет-нет, да и встречалось. Паре молодых людей было на сплетни явно все равно. Они смотрели друг в друга и были счастливы тем, что рядом. Видимо, старшие Нери сочли невесту годной для пополнения копилки сил рода, раз пошли на риск получить психические отклонения у одного из будущих внуков.

Новый облик фамильного гнезда исчезнувшего рода, побочные ветви не в счет, Питиво потряс. Эмоция оказалась неожиданно сильной, и лич какое-то время просто стоял, опершись на трость, скорее по давней привычке, чем по необходимости, и смотрел на замок, похожий на старый прогнивший зуб, расколовшийся, но еще цепко, из одного упрямства, держащийся за мир мертвыми корнями. Если дома старых темных и ведьм были не-живые, то этот был не-мертвый. За таким действительно нужен присмотр. Ведь зерно – у Нери это, как помнилось, изумрудная друза, почти как у Ливиу – все еще под замком.

Старенький магмобиль, который не-мертвый министр нанял в Нер-Ире, чтобы добраться до замка, скрипнул силовым полем по щебенке старой дороги и, подняв желтовато-серую пыль, умчался. Водитель не слишком горел желанием ехать сюда, но 20 чаров оказались сильнее предрассудков и местных россказней.

Не использовать иные средства передвижения, вроде хождений тенью и через грань, было условием договора о сотрудничестве, которое Питиво подписывал оттиском силы в присутствии трех высших сановников конгрегации, олицетворяющих триединство веры в Изначальный Свет, и скромного прокуратора Арен-Тана. Орден Арина в инквизиторской иерархии, как жемчужина в раковине: вроде и с ними, а суть иное. Сколько лич ни пробовал разобраться, так и не понял окончательно, кто в действительности там кем командует: Архисветлейший глава или вот такие незаметные типусы, вроде Арен-Тана.