Сам ли не сумел вытянуть наверх или не позволил простреленный движок, но здоровенная туша штурмовика долбанулась в скалу примерно в километре от поселка, куда немедля помчались бойцы. Еще через полминуты там, где вставал дымный столб, рвануло два раза с небольшим интервалом.

— Бомбы, — флегматично заметил Инти.

— Вот козел, — в сердцах выругался Римак, — еще и мои пулеметы испортил!

Все с удивлением уставились на начхоза, но когда до штабных дошло, что «своими» домовитый индеец посчитал восемь потенциально трофейных браунингов, установленных на самолете, первым хихикнул Антонио, следом Инти и вскоре все ржали, утирая глаза от слез и держась за животы.

— Да, пора нам нормальную противовоздушную оборону строить, — отсмеявшись, закурил Че.

— Как?

— Да вот так же, ставить спарки на джипы.

— Лучшая ПВО — это наши танки на аэродроме противника, — выдал известную максиму Вася.

— У нас нет танков, chico. И вот еще что, надо такие выходы всем штабом прекращать, не более двух человек в одном месте. А то накроет случайной бомбой и привет, движение обезглавлено.

— Правильно, — поддержал Гевару Инти. — Собираться только в главном лагере, под прикрытием. Да, как комиссар считаю необходимым наградить сбивших самолет.

Предложение приняли единогласно, а Вася добавил:

— Кстати, мы уже можем вылезти из канавы.

Видимо, напряжение еще не отпустило до конца и всех снова пробило на истерический смех.

Бойцы вернулись через час, не оправдав опасений Римака — напрочь погибли только два пулемета, три были исправны и еще три ремонтопригодны. К ним, конечно, придется приделывать станки и гашетки, но все равно шесть авиапулеметов лучше, чем ни одного.

А когда штабные собрались уже уходить в лагерь, сзади раздался знакомый голос:

— Хорошо, что я вас застал, дети мои.

Глава 16

— Возвращение блудного сына

Падре Луис добрался до общины библейским способом: на попутном ослике, а с отросшей бородкой и волосами вообще походил на Христа, невзирая на превышение канонического тридцатитрехлетнего возраста. Работа ему нашлась сразу — отпевать убитых, женщину и мальчика.

Продолжать стройку без прикрытия Гевара не рискнул и отослал часть партизан за пулеметы, следить за небом. Когда поставили на место последнюю обрешетку крыши, на горы рухнула ночь и традиционное угощение для участников прошло во мраке, без особой радости. Да и какая радость, когда тут похороны.

В лагерь они вернулись знакомой тропой только к полуночи.

— У меня к вам просьба, дети мои, — начал утром иезуит. — Мы собираем в Кочабамбе священников, близких к нам по духу на небольшую конференцию, в колледже нашего ордена.

Вася и Че переглянулись:

— А чем можем помочь мы?

— Вот, посмотрите, — священник подал несколько листов, вынутых из кармана.

Команданте приняли их, вчитались в неярком свете керосиновых фонарей, обменялись, касик поднял глаза от корявых строчек:

— И давно?

— С той поры, как меня назначили ректором при отце-провинциале Боливии.

Иезуиты договор насчет доли от золотых статуэток выполнили, назначив отца Луиса распоряжаться финансами провинции, то есть подразделения ордена на всей территории страны. Вася-то замахивался пропихнуть падре на должность провинциала, но и так неплохо вышло. И вот, оказывается, красному попу, как его обозвал Фидель, идут письма с угрозами.

— Многим приходят похожие, но мы не обращаем внимания, когда это касается одного человека, но у нас же приедут гости, не хотелось бы подвергать их опасности. Тем более, дети мои, приедут два епископа из Бразилии!

— Вы хотите охрану, правильно? — Че выудил свой блокнот и приготовился записывать.

— Да, хорошо бы сделать это негласно.

— Вы сможете поселить наших людей в колледже?

— Да, мы размещаем приехавших, будет нетрудно добавить еще несколько человек.

Уже после того, как они обсудили все детали и Гевара ушел раздавать указания, Вася не преминул спросить:

— А за чей счет они все добираются до Кочабамбы?

— За счет инков, сын мой, — широко улыбнулся Эспиналь, — это все твои статуэтки. И вот, возьми еще, это предварительная программа встречи.

— А что же вы сразу ее не отдали?

— Побоялся, что твой друг начнет спорить. Он же все-таки коммунист.

Утром падре отправили в город — до общины его проводили трое герильерос, малакку подсадил его на тележку до «райцентра», а уж там всегда стояли наготове два-три джипа. Закончив с ежедневными делами, тренировками и занятиями, Вася наконец добрался до записей иезуита.

На взгляд человека XXI века программа, как программа — синтез христианских заповедей и марксистского понимания истории и экономики. Разве что без педалирования классовой борьбы, с основным упором на духовные методы. Типа «не греши» в широком смысле — не воруй не только кошельки, но и сверхдоходы не присваивай. О национализациях и приватизациях ни слова, о борьбе с засильем США тоже. Надо полагать, падре не рискнул вставить сомнительные пункты, но и так получалось неплохо. Главной проблемой названа бедность, и сквозь все предлагаемые меры по борьбе с ней, как шило из мешка, выпирала необходимость социальных изменений.