— У неё могли быть скрытые желания, появившиеся до вашего знакомства, о которых вы не знали.

Что она такое говорит, эта Снежинка? Скрытые желания? То есть я женился на женщине, у которой была своя скрытая жизнь, а я и в ус не дул? А я в него и не дул. Если у меня не было такой жизни, то это не значит, что все такие, как я. Очень простая формула.

— Да, она не хотела нигде работать и всегда говорила, что у неё есть деньги, доставшиеся ей в наследство после смерти отца, — медленно и с трудом произнёс Стас, — я не проверял её счета. Мне это ни к чему.

— У вашей жены есть друг, старый друг. Он руководит отделением.

— Вы хотите сказать, что она знала его раньше, чем познакомилась со мной? Как его зовут?

— Мы скажем вам имя, но всё останется между нами, и вы не будете ему ничего говорить, — сказал Нестор.

— Я и так уже догадался, кто он. Это Григорий Ермолаев. Верно?

Оба молча кинули.

— Но это он договорился с кем-то, чтобы я пришёл к вам. Меня встретил господин Смолин, он разговаривал со мной так, как будто всё знает.

— Ермолаев хочет её возвращения не меньше вашего, — Снежана посмотрела ему в глаза.

Зачем это ему нужно? Получается, он мне открылся и пошёл на это сознательно. А это был секрет, причём, скрываемый не один год. И возможно секрет для Лены. Или нет? Я идиот?

— Они любовники?

— У них доверительные отношения.

— Поймите меня, я новичок в вашем мире, я долгое время отрицал паранормальное, я и сейчас не понимаю, о чём мы с вами разговариваем, где моя жена, и что вы собираетесь делать по вопросу. Объясните мне одну вещь. Я — клиент вашей организации, так?

— Считайте, что так, — Нестор не совсем понимал, к чему он клонит.

— Я заказываю вам поиски моей жены. А если я не делаю этого? Она остаётся там, где она сейчас навсегда, или есть вероятность, что она вернётся сама?

— С ней может произойти всё, что угодно. Самое главное для возвращения в наш мир у неё должно быть желание вернуться. Никто не может её заставить. Если она этого не захочет, или она попала туда по доброй воле, что, скорее всего, так и есть, то её возвращение крайне затруднительно.

— Вы можете как-то воздействовать на неё? Что это значит, «может произойти всё, что угодно»? Вернуться в наш мир? Она не в нашем мире. А где? Время же идёт.

— Там другое время. Наш час там может быть месяцем.

— Так, ребятки, вы очень симпатичные, не скрою, но я не понимаю, к чему вы ведёте, что вам даёт наш с вами разговор, что мне делать. О каких мирах идёт речь? Я не заявлял в полицию о пропаже жены, но, возможно, мне придётся это сделать. Чего мне от вас ждать?

Обстановка накалялась. Стас старался, но вот так сразу всё принять не получалось.

Открылась дверь, и в аудиторию вошёл Игорь.

— Станислав, хочу вам предложить немного передохнуть, секретарь вас отведёт в кафетерий минут на тридцать, потом мы встретимся опять тут. Нам надо кое-что прояснить и посовещаться.

Вслед за Игорем вошла девушка из приёмной, секретарь Берты, Стеша.

— Да, я подожду, — Стас встал. Взглянул на Снежану и последовал за Стешей.

Мозаика на полу, где стояла Зина, казалась удивительно красивой и довольно сложной. Мелкие тессеры* из полированного мрамора, пляжной гальки, ракушек были искусно подобраны и вставлены почти вплотную, что придавало изображению игру теней и объём, а лицо изображённой фигуры было настолько детализировано, что воспринималось, как живопись. Дионис верхом на пятнистой пантере. Венок из виноградных листьев смотрелся удивительно живым. Золотые вкрапления поблескивали в пробивающихся через небольшие окна лучах южного солнца.

Белые кроссовки на липучках и домашний розовый спортивный костюм не очень гармонировали с окружающей обстановкой, но Зина решила, что ей это не помешает. В правой руке она сжимала ручку от рюкзака, который успела прихватить с собой.

Осмотрелась ещё раз. Большой зал с белыми стенами. Несложная, элегантная мебель: ложи, столы, стулья, перед которыми располагались скамеечки для ног. Стулья имели прогнутые расставленные ножки и изогнутую спинку с вогнутой перемычкой. Отдельно стояло кресло с высокой спинкой, перед которым был расстелен ковёр. Везде на мебели лежали подушки, свисали покрывала. Ложи, характерная античная мебель, которую Зина хорошо знала по архивным материалам, у изголовья украшались скульптурными изображениями — головами лошадей. Перед ложами стояли низкие столы прямоугольной формы — трапедзы.

— Рад приветствовать тебя, незнакомка, в моём доме, — Зина услышала мужской голос и обернулась.

Перед ней стоял высокий мужчина, одетый в хитон до колен и накидку через плечо. Красивые жилистые ноги в кожаных сандалиях, подтянутая фигура, вьющиеся волосы с проступающей сединой на висках, коротко подстриженная борода. Он с любопытством рассматривал её.

— Здравствуйте, Гефестион! Я Зинаида.

— Как, ещё раз?

— Зинаида. Можно Зина.

— Зина?

Язык сам говорил на древнегреческом, да так, что казалось, это её родной язык.