Гадёныш складывается пополам и начинает оседать наземь.

Упасть я ему не даю.

Ухватываю за одежду и несколько раз осаживаю башкой о колено.

Вот теперь, действительно, всё…

Вражины повержены. Всё внимание – даме.

Режим «спокойствие, только спокойствие» работает на три четверти.

Режим «обаяние» процентов на двадцать.

Форсировать смысла нет. Ситуация должна казаться естественной.

– Вы как, в порядке? Сами встать можете?

Протягиваю девушке руку, и ей больше ничего не остается, кроме как принять помощь от нежданного кавалера. Из одежды на ней только летнее платьице, да и то, похоже, разорвано. Спасённая тщетно пытается прикрыть декольте оторванным лоскутом. Я деликатно отворачиваюсь, снимаю с себя ветровку и, не глядя, отдаю даме:

– Возьмите… Возьмите-возьмите, я не кусаюсь.

Секунд через пять наклоняюсь и нашариваю на земле упавшую сумочку.

– Кажется, это ваше.

Девушка благодарно кивает.

Ей всё ещё страшно, но сейчас она, в большей степени, смущена.

Это хорошо, это правильно. Именно этой реакции я и жду.

Один из поверженных издает какой-то болезненный хрюк.

Дама предсказуемо вздрагивает и прячется за меня.

– Не бойтесь. Ничего они вам не сделают. Пойдёмте.

Беру её под локоток и увлекаю к аллее, где свет и где безопасно.

О побитых особо не беспокоюсь. Очухаются минут через десять. Несовместимых с жизнью повреждений я им не нанес…

Выбираемся из кустов.

– Может быть, вас проводить, а то мало ли что?

Пауза длится недолго. Ровно столько, чтобы принять ПРАВИЛЬНОЕ решение.

– Да, если можно. Спасибо.

Ого, какой у неё голос! Грудное контральто. В театре таким обладают «роковые красавицы».

Неспешно идём по дорожке.

Развлекаю спутницу досужими разговорами. Не потому что болтун, а потому что так надо. Приём срабатывает. Девушка понемногу успокаивается, искоса поглядывает на меня, улыбается, когда говорю что-то смешное. Пережитый страх уходит всё дальше и дальше. На выходе из парка она оттаивает окончательно.

– Меня Ира зовут. А вас?

– А меня Василий. Как кота.

Ира смеётся. Смех у неё замечательный. И это прекрасно.

Минут через двадцать доходим до её дома.

– Вот тут я живу. Большое спасибо, что проводили.

Сказала и словно бы ждёт чего-то. Стоит, теребит сумочку, разглядывает светящиеся окошки.

Я её ожидания не обманываю.

– А знаете, я ведь в точно таком же доме живу.

– Правда? – кажется, Ира обрадована. – А где?

Неопределенно машу рукой в сторону парка.

– Километра четыре отсюда.

– Ух ты, как далеко. А на каком этаже?

– На седьмом, в однушке с балконом.

– Вот это да! – девушка округляет глаза. – И я на седьмом. И тоже с балконом, однушка напротив лифта. Прямо как в фильме.

Я улыбаюсь и цитирую «Иронию судьбы»:

– Ага. Третья улица Строителей, дом двадцать пять, квартира двенадцать.

Ира снова смеётся.

– Вот здорово! А может, у нас и ключи одинаковые?

– Возможно.

– А давайте проверим.

Глаза у Иры блестят, она судорожно хватает меня за руку и тянет к подъезду, словно боится, что откажусь. Ага, как же! Я что, дурак? Зря, что ли, дрался из-за неё в парке и провожал до самого дома, с трудом сдерживая инстинкты и молясь, чтобы штаны раньше времени не порвались? Естественно, нет.

Без всякого зазрения совести, лелея в душе «тёмные» мысли, соглашаюсь подняться наверх и проверить замки.

Мои ключи к замкам не подходят, и это понятно.

Странно было бы, если бы и впрямь подошли. Хотя я, конечно, мог что-нибудь намагичить, но это стало бы перебором. А вот то, что Ира пригласила меня к себе в гости, перебором не стало. Нормальная жизненная ситуация. Раз дверь всё равно открыли, надо хотя бы чаю попить.

Пока хозяйка разбирается с посудой на кухне, я выхожу на балкон.

Остекления нет. Стоишь, будто вперёдсмотрящий на корабле. Деревья в парке колышутся на ветру, как морские волны. Мелькают огни машин, горят фонари, светятся окна домов. В небе сверкают звезды, полная луна висит над землей, словно волшебный маяк, приглашающий всех в иные миры. Никогда раньше об этом не думал, но, кто знает, может, они, действительно, существуют, надо лишь отыскать путь, а потом просто пройти его до конца...

– Красиво, да?

Вышедшая на балкон Ира встает рядом и опирается на перила.

– Да. Красиво, – качаю я головой. – Красиво, но...

Поворачиваюсь к ней вполоборота.

Она глядит на меня во все глаза.

– Но ты всё равно красивее. Намного красивее. Я таких никогда не встречал.

Мягко прижимаю её к себе.

Она не сопротивляется.

Наш поцелуй длится целую вечность.

Затем мы возвращаемся в комнату.

Чай? Да, мы его, действительно, пьём. Но не сразу. Потом. Часа через полтора.