Разведя костер прямо рядом с несостоявшейся добычей неизвестного животного, я принесла свою добычу, освежевала ее, потом распотрошила, вытащив из птиц главные составляющие быстрой поправки моего лежащего без сознания товарища, а именно печень. Потом насадила тушки на вертел ил заточенных палок и начала готовить нехитрый ужин. Солнце близилось к закату. Остальные, наверное, решили, что лес нас забрал. Короче, что мы померли. Немного погорюют, попричитают и дальше пойдут. В этом мире каждый может умереть в любой момент от какой-нибудь довольно простецкой болячки, даже от простой раны. А уж в лесу, где полно опасного зверья и подавно.

Погрузившись в невеселые мысли, не сразу заметила движение сбоку. А потом услышала хрипящий звук.

– Пхпииихть…– Чего-чего? Писать? А-а, пить. Ну на.

– На. – Сунула в руки ему бутылку с оставшейся водой. Он сначала взял в руки, но чуть не уронил. Я придержала бутылку, пока он пил.
– Ешь. – всунула ему печень местных куропаток, в ней много гемоглобина и железа, самое то при кровопотере. Ари на меня подозрительно глянул, но в руки взял. Так, сырой и съел, ни слова не говоря и не выражая недовольства или возмущения. Хороший мальчик.

Доев маленькие кусочки птичьей печени, он без сил улегся обратно. Лицо бледное, губы бледные и сухие, на щеках красноватые пятна. Жар, хоть и несильный, благодаря Нимесилу. Подошла ближе, проверила рану. Красная, но ничего нового, она такая и должна быть первое время. Приложила руку ко лбу. Горячий. Приложила палец к сонной артерии, сердце билось неровно и часто. Неудивительно. Он с настороженностью и некой опаской следил за моими действиями. Ну спасибо за доверие… Мне стало немного обидно. Я убрала руку и отвернулась. Вот она благодарность в самом высоком ее проявлении… А потом услышала хрип, а точнее, что-то вроде храпа, больше похожего на сопение. Уснул. Это хорошо.

Я спокойненько поужинала добытым своим трудом мясом. Сегодня мы спим только вдвоем, а значит дежурных на ночь нет, как обычно. Только я и эльф. Ну только я, короче. Так я и сидела всю ночь, прислушиваясь к звукам леса, держа на готове копье, что недавно доказало право называться достойным в этом мире оружием. Спать хотелось капец как, я била себя по щекам, вспоминала крутые боевики из прошлого мира, как бы прокручивая целое кино в своей голове. Где-то среди ночи ушастик беспокойно что-то забормотал, сжался в позу эмбриона. Понятно, холодно. Ну ладно, с меня не убудет. Я подсела поближе, делясь теплом с этим вечно хмурым и недовольным, а с сего дня еще и неблагодарным созданием. Тут он еще всхлипнул, я удивленно на него воззрилась, подумала про себя, все мы родом из детства, по сути. В общем аккуратно, чтобы не разбудить, положила его голову себе на колени, и поглаживая по волосам запела колыбельную. В этом мире, голос у меня более мужественный, но все же мягкий и приятный, словно бархат, особенно когда пою. Как я это узнала? Да все так же, пока охотилась, уходя подальше от остальных напевала свои излюбленные песенки из моего мира. Тут то и выяснилось, что новый мужской голос у меня довольно неплохо поет те песни, что, будучи женщиной у меня получалось не очень хорошо, а петь я любила, да… А вот мои соседи почему-то нет…Ну да, это уже не важно. Короче, в последние недели, я так раздухарилась, что пела все то время, пока шла с пойманной добычей обратно к ребятам. Пела я негромко, но чувственно, прекрасно, словно сам ангел, сошедший с небес на землю к простым смертным… Ну да, меня порой заносит. В общем, благодаря моему пению его эльфейшиство угомонилось и спокойно уснуло, а я наоборот, отвлекалась так от сна.

Утром, когда солнце только начало появляться из-за горизонта, я сидела в той же позе со стеклянными глазами и наверняка внешне напоминала нежить. Проснувшийся эльфик на моих коленях это подтвердил своей реакцией. Сначала его невозмутимое лицо словно пошло рябью, а потом глаза округлились по пять рублей, и он открыто уставился в мое лицо.

– Да, ты тоже выглядишь как оживший труп. – Немного обиженно проворчала я. Но в целом, мне было пофиг, я дико хотела спать.
– Нечего так на меня пялиться. – Ари отвел взгляд, немного покраснев, кажись, смутился. А мне это все до лампочки. Спааать…

– Прости, что доставил тебе столько проблем. – Он что японцам нашим подражает? Я с любопытством на него воззрела.
– Не мог бы ты отойти? – И сказав это, кончики ушей этого эльфячества покраснели. Я честно говоря, очень туго соображала. Поэтому задала логичный, как по мне вопрос.

– Куда?

– Не мог бы ты, отойти в сторону от меня. – Поколебавшись, тихо пробормотал он.

– Ну ладно. – Я, отодвинув его от своих коленей, встала и начала разминаться. Следовало приготовить завтрак.

Понемногу придя в себя, я начала поджаривать вчерашнее подкоптившееся мясо птицы, чтобы соорудить что-то вроде завтрака. Сзади послышался стон. Я обернулась. Эльф пытался встать, но это у него плохо получалось, его вело в сторону. Ладно, наверное, ему нужно справить нужду. Помогу немощному. Подошла и подставила дружеское плечо.

– Обопрись.

– Я сам… – Вяло, хоть и твердо сопротивлялся этот мужик. Ох, как меня все достало…

– Обопрись на меня, я сказал, или сделаешь свои дела в штаны. – Любезность с меня сошла окончательно. Он хмуро, с затаенной агрессией на меня глянул, но промолчал. Я подхватила его за талию, и мы пошли в ближайшие кусты. Сделав дела, мы вернулись обратно.

– Ешь. – Сказала я, сунув в руки ему палку с кусками мяса. А потом вспомнив, дала его флягу с водой, которой осталось не так много, как того хотелось бы.

– Спасибо. – Он выпил воды, но не всю, как я ожидала, часть оставил мне. Подумал о товарище. Я взяла воду и выпила оставшуюся. Жажда меня мучила еще со вчера, но я экономила воду, чтобы этому чуду больше досталось.

– Воды больше нет. Надо сходить к ближайшему ручью, наполнить емкости. – Это я сказала. По факту, воды больше нет.
– Сможешь подождать меня минут тридцать-сорок? – Примерно в таком количестве времени от нас есть ближайший ручеек.