Шрифт:
Поистине незаменимы при образовании усечённых слов суффикс «к» и окончание «-а».
«Наличка» — наличные деньги. «Косметичка» — сумочка для косметики. «Самоволка» — самовольная отлучка. «Кругосветка» — кругосветное путешествие. «Дублёнка» — дублёная куртка. «Газировка» — газированная вода. «Кофеварка» — кофеварочная машина. «Оборонка» — оборонная промышленность. «Гречка», «пшёнка», «манка», «овсянка». Они заменяют нам гречневую, пшённую, манную, овсяную крупу. «Наливка», «запеканка», «тушёнка» — этот ряд можно продолжать и продолжать.
Вы скажете, что подобные слова используются только в разговорной речи. Пока да! Но лингвисты уверяют, что ещё на нашем веку они могут быть признаны литературной нормой. Ведь слово «открытка» сегодня ни у кого не вызывает сомнений. А это тоже сокращение, про которое мы уже забыли. «Открытка» — открытое письмо, то есть письмо, которое можно пересылать по почте в открытом виде. Почти за 150 лет существования открытки люди привыкли к такому сокращению. И мало кто уже помнит, что «электричка» произошла от «электропоезда». Это слово пока не стало литературным, но слово «электропоезд» мы уже забыли, а электричка живёт в нашей речи.
Иногда превратиться в одно слово может целое предложение. Не верите? А вот вам и пример — «беруши». Это слово на законном основании прописалось в словарях как существительное, имеющее форму только множественного числа. Не каждый сразу и сообразит, что это сокращенное предложение: «Берегите уши».
Берегите уши! В том числе и от неграмотного потока слов!
«Нехорошие» слова
Нормальная человеческая речь невозможна без хлёсткого бранного словца. Чего не скажешь в сердцах! Нервируют нас — вот и нервные мы! А если потом остановиться, выдохнуть и подумать: «А что это я такое сказал?!»
Что же означают употребляемые нами сегодня в запальчивости слова? И такие ли уж они нехорошие?
«Зараза». Слово вполне литературное. В скобках можно было бы поставить, как это делается в словарях, — (медицинское). Но если произнести это слово в определённом контексте и с определённой интонацией, обращаясь к женщине, она вряд ли расценит его как комплимент. Популярная когда-то песенка кабаре-дуэта «Академия» тоже не оставляет в этом никаких сомнений:
Ты отказала мне два раза, «Не хочу!» — сказала ты, Вот такая вот зараза Девушка моей мечты!Девушка его мечты, наверное, обиделась на слово «зараза». А зря! Каких-то 250 лет назад это слово было комплиментом — синонимом «прелести» и «очарования».
В доказательство я приведу две стихотворные строчки поэта XVIII века:
С Сореной мне расстаться! Не зреть её очей! Не зреть её зараз?!Очевидно, «заразить» означало «сразить наповал» — в данном случае, видимо, красотой!
Хорошо, когда знаешь первоначальный смысл слова. Теперь, по крайней мере, клеймом «зараза» нашу женскую красоту не очернишь!
Ну-с, дорогие мужчины! Какие у вас там есть ещё в запасе оскорбительные слова? Знаменитое «мымра», так запомнившееся нам по фильму «Служебный роман»?
Сейчас узнаем, что оно означает. Открываем словарь Даля. Находим: «мымрить — безвылазно сидеть дома». Может быть, «мымра» — это тоже комплимент, означающий, что женщина домовита, хорошая хозяйка? Но нет! «Мымрой» стали называть нелюдимого, скучного, угрюмого человека — чаще всего женщину.
Однако что это такое получается? Как ругательство, так адресовано женщине?! Позор!
А вот оно и следующее слово — само вырвалось!
Итак, «позор». В былые времена оно означало «спектакль», и ничего больше. А слово «позорищный» — «к спектаклю относящийся». Позже слово «позор» приобрело более общее значение и стало синонимом слова «зрелище».
Находим у Баратынского: «Величествен и грустен был позор пустынных вод, лесов, долин и гор».
Впрочем, в некоторых славянских языках, например в болгарском и сербском, слово «позорище» до сих пор означает «зрелище».
Молодёжный жаргон и модные слова
Модными бывают не только одежда, фильмы, рестораны, но и слова. Модные слова — явление почти социальное. Людям кажется: употреблять их — значит не быть выброшенными на обочину жизни, значит быть яркими и современными, быть «в тренде», «в теме».
«Я люблю, когда мода выходит на улицу, но не допускаю, чтобы она приходила оттуда», — говорила Коко Шанель. С языком дела обстоят иначе. Выпущенное однажды кем-то «в люди» новомодное словцо подхватывается уличной толпой и уже «с улиц» активно внедряется в нашу речь. Иногда такие слова язык «пробует» и отказывается от них, а иногда русский язык подстраивает такие слова «под себя», и они приживаются, становясь частью языка.