В моих руках замер Митя, мой малыш напуган, и всё это из-за меня. Нужно было слушать свой внутренний голос, и не приезжать сюда. Боже! Неужели слова Ростика оказались правдой?! Неужели Вова встрял в неприятности, и теперь нам всем грозит опасность?

– Конечно грозит! – кричит внутренний голос, – в твоём доме посторонний мужик, и он явно не чай пришёл пить!

Ноги неожиданно перестают меня держать, и я с трудом удерживаюсь на них.

– Заходи, – доносится мне в спину приказ.

Делаю, что говорят, переступаю порог, ставлю Митю рядом, он неожиданно стал тяжёлым, вздрагиваю всем телом увидев ещё одного мужчину.

– Вы… Вы… к-кто, – крепко удерживая сына за руку, заикаясь задаю вопрос незнакомцу, сидящему в глубоком кресле за рабочим столом моего мужа.

В ответ вместо слов по мне проходятся цепким, оценивающим взглядом холодных глаз. Мужчина медленно растянул губы в улыбке, которая походила больше на оскал зверя перед нападением.

– Я вопрос задала! Вы кто такой? – не выдержала я его взгляда и удивляясь самой себе повышаю голос, даже не разу не заикнулась.

Мужчина склоняет голову набок, громко хмыкает и встаёт из кресла мужа, а я начинаю отступать назад, так как незнакомец очень большой, он на целую голову выше Вовки, если не больше, а я на минуточку еле достаю до плеча мужа.

"Господи, что же происходит?" – в мыслях я уже на коленях перед незнакомцем, умоляя его объяснить, что происходит и отпустить меня и сына. Встав около стола и спрятав огромные кулаки в карманах брюк, он продолжает молча смотреть на меня, не предпринимая больше никаких действий.

– Что вам от меня нужно? – задаю ещё один вопрос, продолжая пятиться назад и практически тащить за собой сына. Митя с открытым ртом таращится на незнакомца.

– Мне нужен твой муж, желательно в живом виде, и с языком во рту, – наконец отвечает незнакомец, а моё сердце замирает на месте.

Что ему нужно от меня? Мой муж? В каком виде?

Всё тело сковывает страхом. Казалось, я вот-вот потеряю сознание, и только мой маленький сын удерживает меня и не позволяет отключится. Страх за него побеждает тьму, что грозится меня забрать в свои загребущие ручки. А мужчина, что проник в наш дом, делает шаг в нашу с Митей сторону.

– Не подходите, – с ужасом в голосе, шепчу вмиг севшим голосом.

Холодные глаза смотрят на меня так, будто я умалишённая, мужчина продолжает наступать. И чем ближе он подходит, тем дальше отступаю я, пятясь назад, притягивая к себе сына. Но далеко отойти не удаётся, я спиной упираюсь во что-то твёрдое. Вскидываю голову вверх и вздрагиваю всем телом.

За моей спиной стоит тот, кто поймал меня на лестничной клетке и притащил сюда.

– Где твой муж, Даша? – задаёт вопрос мужчина, что меньше минуты назад восседал в кресле моего Вовки.

Голос низкий и хриплый, от чего мурашки бегут по коже. Не отвечаю, потому как не знаю, что сказать. То, как он обратился ко мне по имени даёт понять мне, что этот человек знает многое о нашей с Вовой семье. Я не знаю где мой муж, я не знаю кто эти люди, я не знаю, что совершил Вова, но знаю одно. Мне нужно бежать, скрыться, спрятать сына и себя от этих людей. Вот только как это сделать?

Он ухмыляется на моё молчание, и сердце уходит в пятки, страх сковывает, обездвиживает, когда вижу, как он приближается и становится в паре сантиметров от меня. А я с места не могу сдвинутся, и причина тому не мой дикий страх, а верзила позади, что дышит мне в макушку.

– Я не люблю, когда меня игнорируют, – обхватывает мой подбородок своими пальцами, и поднимает моё лицо вверх, заставляя смотреть в холод глаз, говорит второй незнакомец, – запомни это, Даша, – словно совет на будущие, звучат его слова, и от этого становится дурно.

Убрав пальцы от моего подбородка, мужчина неожиданно присаживается на корточки, слегка дёргая ткань брюк вверх чуть выше колен.

– Маленькая копия своего отца, – смотря на моего сына, произносит незнакомец, – Митя, а где твой папа? – задаёт вопрос ребёнку, беря его своей лапищей за маленькое плечо.

Внутри всё холодеет, я боюсь за сына.

– Не трогайте ребёнка, – чуть не скулю, тяну на себя Митю, – мы не знаем где Вова, он не вернулся с рейса, – говорю правду, и надеюсь на то, что после этого нас отпустят.

– Ещё я не люблю, когда кто-то влезает в мой разговор с другим человеком, Даша, – не смотря в мою сторону произносит тот, кто продолжает удерживать моего ребёнка на месте, – запоминай, и не совершай такого больше, иначе накажу, – говорит мужчина.

Мне только, что дали понять, что нас не отпустят.