— Умница, — похвалил Ден, видимо, за то, что догадалась не выяснять отношения и не стала докапываться до реального содержимого уже ненавистной сумки. Мужчина легко поцеловал меня на прощанье в губы, резко поднялся и спешно покинул комнату, не оборачиваясь. Даже не верилось, что Дениса больше не будет рядом! Так долго! Целых два года свободы! Конечно, он планировал вернуться и создать семью, но я надеялась придумать что-нибудь за столь длительное время и найти способ вычеркнуть «бандита» из своей жизни уже навсегда. Только сперва следовало решить, как поступить с его «подарочком». Смотрела на сумку и не знала, что с ней делать. Может, на помойку отнести? Только сдается мне, не поможет это.

— Ушел? — заговорчески прошептала Натка, заглядывая в мою комнатку. Подруга обладала веселым нравом, еще и внешне была симпатичной брюнеткой небольшого роста с пышными формами. В совокупности это создавало взрывной коктейль, так что от парней отбоя не было.

— Да, — устало отозвалась я.

— Фух, слава Богу, а то мы все на кухни сидим, в коридор выйти боимся, — тараторила она, подходя ближе. — Ты как? — участливо спросила девушка, обнимая меня за плечи.

Денис держал в страхе не только нашу общагу, но и весь район. Соседи даже не пытались высказать свою недовольство, поскольку слишком боялись его. Только Наташка всегда меня поддерживала и помогала.

— Нормально, — махнула, обнимая её руки. Меня понемногу отпускало, жизнь не казалась уже столь ужасной.

— А это что? — кивнула подруга в сторону сумки.

— Вещи Дениса, — я хмыкнула, поднялась и подошла к столу, наклонившись открыла сумку.

— Твою мать… — охнула рядом Натка. Мне стало плохо, замутило. Кровь отлила от лица, а внутри зародились непередаваемый гнев и жуткий страх.

— Сволочь! Подонок! Как он мог? Как вообще посмел так меня подставить? — кричала я, плавно переходя на всхлипывания. Сумка была битком набита пакетами с белым порошком, а сверху ещё лежал ключ на каких-то документах. — Всё. Его дружки меня убьют, Ната… Точно убьют…

Меня била истерика, это ведь огромные деньги, явно чей-то товар, меня же теперь закатают в асфальт. А Ден просто сбежал, оставив меня в одиночку разгребать это дерьмо!

— Тише, тише, — успокаивала офигевшая от такого поворота подруга. — Перестань, дыши глубоко, сейчас думать надо, а не реветь.

Размазывая слезы по щекам, решила сфокусировать зрение и просмотреть документы, вдруг мне как-то поможет знание того, что в них зафиксировано. Часть из них содержала сведенья о каких-то счетах, суммах и банках, другая — перечень фамилий и адресов. Ещё были документы на аренду склада с оплатой на два года вперёд. О как, прям под срок своего возвращения подгадал! Сдается мне, ключ был именно от этого склада.

— Зачем он это сюда принес? Почему именно мне? Почему Ден не спрятал всё, оставил бы только бумаги? — сыпала я в панике вопросами, ничего не понимая, с мольбой смотря на подругу. Как будто она знала больше моего…

— Кто знает, что у него в голове, у заразы, — сплюнула девушка.

Я засуетилась, вдруг осознав, что времени на раздумья практически не оставалось: сюда в любой момент могли нагрянуть нежеланные гости, а отвертеться с сумкой на столе уже не получится. Что ещё хуже, вдруг явятся блюстители правопорядка. Сесть только не хватало для полного счастья.

— Ты куда? — спросила Натка, удивленная резкой сменой моего настроения: с нытья и бичевания этого урода на активную деятельность. Я же тем временем надела резиновые перчатки, в которых обычно мыла пол, и принялась перекладывать пакеты в другую сумку: свою спортивную, розового цвета.

— Прятать это «добро», — сосредоточено работая, ответила на вопрос подруги. — Ты типа ничего не видела. Денис пришёл и ушел, никакой сумки у него не было.

— А остальные? Вдруг кто-то из них видел? — волновалась рядом Натка.

— Будем действовать по обстоятельствам, — откровенно не знала, как буду выкручиваться в такой ситуации, но старалась не впадать в отчаянье.

— А где спрячешь? — любопытствовала подруга.

— Не обижайся, но не скажу, — спокойно ответила, поднимая взгляд. — Когда не знаешь — не сможешь рассказать.

— Ты думаешь… — захлебнулась она возмущением.

— Не думаю, — оборвала её. — Но, если пальцы ломать начнут, любой сдаст всё, и я не исключение.

— Чего делать? — испуганно пискнула Натка.

— А ты думаешь, придет добрый дядя, погладит по головке и простит нас? — скептически спросила наивную подругу, застегивая сумку. — Сожги её! — яростно выпалила и пнула ногой к подруге вещь Дениса.

Глаза девушки стали размером с блюдца, но она взяла себя в руки и подхватила злосчастную сумку, прижала ее к груди и покинула мою комнату.

Ночью, сидя возле окна, мы с подругой в молчании пили чай, напряжённо ожидая гостей. В том, что они придут не было сомнений. Фоном работал телевизор, а мы усиленно пытались вникнуть в суть ток-шоу. Напряжение, повисшее в воздухе, не просто давило, оно оголило нервы будто провода. Стоило кому-то из соседей покашлять или хлопнуть дверью, как мы с Наткой вздрагивали и с полными ужаса глазами косились на дверь.