— Дэймон, ты? — тихонько спросила я, пытаясь заглянуть в большие темные глаза парня. Он смотрел на меня так, словно увидел кенгуру в розовых трусах. — Неужели не узнал?

Он покачал головой и поправил свою золотую маску. Ох, как же мне хотелось ее сейчас сорвать и выкинуть подальше!

— Ты оригинал или копия? — снова спросила я, потому что мой таинственный собеседник упрямо молчал.

— А ты сама как думаешь? — нахмурился он.

— Не вежливо отвечать вопросом на вопрос! — вспылила я.

— А вежливо лезть в шкаф с чужим грязным бельем? — перебил он, делая шаг вперед — я тут же по инерции отступила назад. Он не унимался. — Вежливо приходить на вечеринку и представляться чужим именем? Я пересмотрел аккаунты всех Викторий на Факультете Искусств, там и близко нет похожей на тебя! Как твоя фамилия? Кто ты, одноглазая?

— Виктория я! Уже семнадцать лет как! Блин! Дэймон, хорош прикалываться! Искал он! Ага! — я решила закосить под полнейшую идиотку, в тайне же молясь всем богам, чтобы под маской оказался действительно Дэймон, а не сам Коста. — Где твоя бутылка? С бурбоном… ой, то есть с водой!

— Я не пью бурбон, — покачал головой он, — я вообще не пью, как ты правильно заметила…

Он сделал шаг вперед, я буквально отпрыгнула назад, и моя спина предательски прижалась к стене. Отступать дальше было не куда.

— Просто ответь, как тебя зовут? — он продолжал свой монолог, потому что я ещё не придумала что бы соврать. — Не лги мне! Я все равно уже все узнал! Признайся во всем сама…

Это он и правда узнал? Или блефует?

Для устрашения он положил мне на плечи свои стройные, но тяжёлые руки с длинными музыкальными пальцами. Словно мальчишка, впервые в жизни ставший обладателем новенького велосипеда, наконец-то положил руки на его блестящий руль… Что-то знакомое, до боли в плечах, было в этом властном жесте. Первый раз от его жестоких пальцев на моей коже остались синяки, а вот теперь руки почему-то казались гораздо легче и даже нежнее…

— Покажи свой студенческий! Быстро! — строго потребовал он, словно профессор на экзамене.

— А больше тебе ничего не показать? — передразнила я только ради поддержания разговора. — Задницу, например?

— Хм… и где же я тебя видел? — разговаривал он сам с собой, кусая пухлую нижнюю губу.

— Не в твоих снах, не волнуйся! — закатила я глаза, берясь своими руками за его худые, но крепкие запястья. Его пальцы все еще не отпускали мои плечи, потихоньку сжимая и разжимая их, словно массируя. Внезапно он криво улыбнулся и произнес. — А ну-ка, раздевайся!

— Чего? — оторопела я и захлопала своими накрашенными ресницами. — Эй! А ну отвали!

Но было уже поздно. Он изловчился и сдернул с моей головы пиратскую треугольную шляпу. Наступила тишина, громкий пульс в моих висках отсчитывал самые долгие секунды в моей короткой жизни…

Я закрыла глаза от ужаса. Ну конечно же, он меня узнал. Хотя… это же Дэймон, а не Коста. Дэймон не заставлял меня на сцене целовать при всех его белые найки, соответственно, он никогда не видел моих испуганных блестящих от слез ярко-голубых глаз. И значит, сейчас он меня не узнает…

— Посмотри на меня, голубоглазая! — требовательно прошептал парень, очевидно, снова делая шаги в мою сторону, раз его горячее дыхание — кофе с ментолом— ощущалось на моем лице.

Я еще крепче закрыла глаза — голубые и яркие, прямо как на огромном постере на фейсконтроле при входе. Они одни были способны выдать меня целиком!

— Ну же, я не кусаюсь. Открой глаза, — продолжал он уговаривать меня шепотом. Не понятно зачем, ведь в коридоре мы были абсолютно одни. Я невольно вздрогнула — его теплые пальцы коснулась моего подбородка, а затем — правой щеки. Движения были плавные, аккуратные и такие нежные, что я невольно улыбнулась. И не только потому, что стало щекотно. Он легким жестом снял с моего лица черную пиратскую повязку и отшвырнул ее далеко-далеко, словно ленточку с только что купленного подарка. Ну все, теперь он меня точно узнает!

— Если ты так будешь стоять и не слушаться меня, то в наказание я тебя поцелую! — тихо предупредил он о своих намерениях.

От шока я широко раскрыла глаза, затем одумалась и тут же захлопнула, но в этот раз оставила между густыми, не в меру накрашенными ресницами небольшую щелку, чтобы хоть немного быть в курсе происходящего. А то, чего доброго, если тут надолго закрыть глаза, уйдешь беременной с вечеринки…

В ответ я лишь неловко чуть слышно икнула и пробормотала что-то вроде:

— Я.. ээ…не целуюсь на первом свидании, — открыла один глаз и посмотрела на своего растерянного собеседника со всей строгостью. Соврать, что у меня есть парень? Что мы с ним давно встречаемся? Нет уж, пожалуй. А то выйдет, как с Леоном. Вскроется правда, что у меня никого никогда не было и нет.

— Ты сама это все придумала? Все спланировала? — спросил он шепотом, держа в своих ладонях мое лицо, да так бережно и нежно, словно я была сделана из дорогого фарфора. — Какая умная девочка! И где же ты была раньше?