После недолгой паузы я услышал:

– Бросаю все компоненты в кастрюлю.

Я содрогнулся.

– Этого недостаточно. Я принесу тебе справочник. А пока не научишься, будешь есть вместе со мной.

Ожидая ее протест, аргументы "за" я приготовил заранее. Но они не понадобились. Она тихо сказала:

– Очень мило с твоей стороны. Спасибо.

Так я получил возможность видеть ее два раза в день.

Через несколько дней, встретив Селену на берегу озера, я поблагодарил ее за великолепную идею.

Подпрыгивая на месте, она пожала плечами:

– Кто-то должен подсказать тебе, что делать.

Она побежала вдоль берега.

– Мне можно с тобой?
– окликнул ее я.

Она оглянулась, не останавливаясь.

– Как хочешь. Мне нравится, когда есть с кем поболтать. Но должна предупредить: со мной сложнее, чем с Мэнди.

Она вскоре это доказала: если я бежал медленно, просто оставляла меня одного, прямо говорила, что думала, и не упускала случая поспорить. Обмен колкостями, ее остроумие привлекали меня меньше, чем ровная, нежная беседа с Амандой. Пропасть между бушующей энергией одной и добродетельным спокойствием другой была огромной.

Селена не переставала наставлять меня. Каждое утро она передавала мне записки с планом действий. Я был рад угождать Аманде, чаще встречаться с ней, но такая форма получения указаний меня озадачивала.

– Зачем ты пишешь? Скажи все сама, я не перепутаю и не забуду.

Она отрабатывала новый комплекс упражнений на растяжку, наблюдение за которыми вызывало бурный протест моих мышц. Не прерывая занятий, с шумом выдыхая воздух между наклонами и прогибаниями, она произнесла:

– Привычка. Я всегда оставляю записки для Аманды.

– Такие же?

– Почти. В первое время - рассказывала о себе, потом - кого я встретила и что - прошла в школе - за мою половину года. Люди не догадывались - что мы разные.

– Когда же вы сами это поняли?

Она покружилась на одной ноге. Потом, опираясь о перила веранды, начала делать высокие махи ногами. Весело улыбнулась:

– А, вопрос номер два? Номер один, это - "как вы себя чувствуете?".

Прежде, чем я успел извиниться, она продолжала:

– Сейчас расскажу. Раздвоение произошло в нежном шестилетнем возрасте. Я сообщила об этом Мэнди, когда научилась читать и писать - в семь лет. Вопросы есть?

Я кивнул:

– Что отвечать Аманде на вопрос, как мне удается угадать, что ей необходимо. Я не хочу ей лгать.

Селена не прерывала упражнений.

– Она не спросит. Все время находился некто, заботящийся о ней. Мэнди считает, что окружающие просто обязаны знать о ее нуждах.

От напряженных занятий на лице Селены выступили мелкие капельки пота. Она выпрямилась, напрягая каждую клеточку своего тела, и направилась к входу в дом.

– Ах, да. Чуть не забыла: на следующей неделе у сенатора день рождения, и Мэнди попросит помочь ей выбрать подарок.

Послав мне на прощанье воздушный поцелуй, исчезла внутри.

Незадолго до полудня позвонила Аманда с просьбой помочь ей найти подарок отцу, если у меня, конечно, есть время. Каро взглядом выразила свое неодобрение, но вынуждена была признать, что срочных дел на сегодня действительно нет. В это время года в деловой жизни наступает затишье.

– Если появится клиент, скажи я займусь им завтра с самого утра.

– Где Вас искать в случае острой необходимости?

Я неопределенно мотнул головой:

– Не ближе Гэйтсайда.

Ее глаза округлились:

– Не слишком ли длинный путь за рядовым презентом? Всего хорошего.

Аманде тоже показалось далеко, но я смог убедить ее: Выбор товаров там значительно больше, есть интересные вещи с других планет; к тому же до ночного поезда останется время - мы сможем вкусно пообедать и сходить в театр.

К концу этого дня мои ноги ныли от ходьбы по огромному количеству магазинов, в глазах рябило от чудовищного количества просмотренных вещей. Но в обществе Аманды поиски подарка, достойного сенатора, доставляли неземное наслаждение. Мы добрели до кафе "БЕТА ЛЕБЕДЯ" и я заказал столик у окна. Отдыхая за чашечкой горячего кофе, мы рассеянно наблюдали за происходящим на улице.

Откинувшись на спинку стула Аманда лениво потягивала кофе.

– Надеюсь, твои дела из-за меня не пострадают?

– Страдаю только я, когда не вижу тебя.

Она улыбнулась:

– Ты очень мил. Посмотри!

Мимо окна проходила живописная группа молодых людей с фантастически раскрашенными волосами, одетых в облегающие яркие трико.

– Наверное, это артисты из театра "Голубой Орион". Хочешь посмотреть их шоу?

Шум у дверей заглушил ее ответ. В кафе ввалилась привлекшая наше внимание группа, заполнив его оживленной болтовней и смехом. От их компании отделился высокий гибкий парень. Ногти на его длинных пальцах были выкрашены в лиловый цвет, как и волосы - в тон наложенным вокруг глаз теням.