В итоге я вскоре стал счастливым обладателем формы местной академии, оплатив при этом десять кусков за неё, и уже на всех парах мчал в сторону парковки. Пора было разбираться с нарисовавшимися проблемами, пока не стало слишком поздно.

Тем временем Даниил Ремизов находился в своём кабинете. К нему зашёл Артур Якобсон с тонким скоросшивателем. В нём находилось не более десятка листов формата А4.

— Ну что, Артур Сергеич? Всё готово? — спросил Даниил.

— Да, Даниил Станиславич. Люди проинструктированы, натренерованы и уже готовы к рейду.

Ремизов кивнул и отвёл взгляд.

— Это очень хорошо. А с охраняемостью у них как?

Якобсон вздохнул, не отрывая глаз от начальника.

— Я Вас умоляю. Как там охраняемость? Не больше двух десятков уличной шпаны. Раскатаем их по асфальту максимум за полчаса.

— Ну и отлично! — Даниил махнул рукой, — Погнали!

Примерно через час два бронированных грузовика, в каждом из которых сидело по полностью укомплектованному взводу охраны особого назначения, а также один внедорожник марки «Мазда», подъезжали к моему складу в Новом Девяткино. Они не стали останавливаться у главного входа, припарковав свой транспорт вне поля зрения. В ту же секунду двери из кузовов грузовиков открылись и оттуда выбежали около четырёх десятков бойцов в полных боевых костюмах, вооружённые автоматами Калашникова. Да, мир хоть и другой, но Михаил Калашников и здесь тоже легендарный оружейник.

Бойцы выстроились в два взвода по две шеренги. Из внедорожника вышли Артур и Даниил. Командир бойцов стоял лицом к приближающемуся начальству. Когда они подошли ближе, он развернулся к личному составу и начал командовать:

— Равнясь! — бойцы повернули головы, к стоящим справа, показав идеальное равнение, — Смирно! — и бойцы встали в соответствующую стойку, после чего командир сложил руку в воинском приветствии и развернулся к Даниилу и Артуру и доложил первому, — Ваше благородие! Два взвода охраны особого назначения по Вашему приказу построены! Командир роты, штабс-капитан Ерофеев.

— Есть, — ответил Даниил, — передаю командование командиру охраны Якобсону, — он кивнул на стоявшего рядом Артура.

Артур Сергеевич кивнул и обратился к штабс-капитану:

— Мы уже здоровались на утреннем разводе, поэтому вольно.

— Вольно! — повторил Ерофеев, все бойцы как один отставили левую ногу.

Артур продолжил:

— Сейчас начинаем нашу небольшую операцию. Учитывая, что она не была санкционирована руководством в лице Станислава Аркадьевича, а только Даниилом Станиславичем, поэтому придётся использовать патроны только по минимуму. То есть в случае угрозы жизни кому-либо из личного состава. На объекте находится дворовая шпана, но она вооружена. Будем брать их фактором неожиданности. Никого не убивать, кроме случаем угрозы жизни, о чём я уже говорил. Задача ясна?

— Так точно! — ответил синхронный хор голосов.

— Выполнять!

Командир скомандовал выдвигаться к ангару.

Не прошло и десяти минут, как охранник у входа уже лежал лицом в асфальт с дулом автомата у затылка. Увы, мои шалопаи забыли поставить человека на вышку, которую сами же и сделали, поэтому предупредить о беде было некому. Боец нагнулся к уху пленного и произнёс:

— Сейчас встаёшь, идёшь к двери и говоришь, что будешь меняться. Вздумаешь как-то просигналить — я тебя свинцом нашпигую. Всё ясно? Кивни.

Пленный кивнул. Затем его взяли за воротник и поставили на ноги. Он на ватных ногах пошёл к входной двери и постучал несколько раз. Открылось смотровое окно. Бойцы благоразумно спрятались по обеим сторонам двери. Смотровое окно открылось, там показался другой мой человек из новоприбывших.

— Чего? — спросил он.

— Моя смена закончилась. Пусти воды попить.

Засов отворился, дверь распахнулась. И буквально в ту же секунду открывшего смели и уложили лицом в пол ворвавшиеся бойцы. Вражеское подразделение методично захватывало ангар, не встречая никакого сопротивления. Только когда они добрались до тира, один из моих ребят успел развернуться к ним с пистолетом и даже смог выстрелить за что получил пулю из автомата по голеням.

В конечном итоге ангар был захвачен, а все находившиеся внутри собраны на центральном проходе сидевшими на полу. Им не стали даже завязывать руки. Зашли Даниил и Артур. Ремизову поднесли один из автоматов, изъятых у пленных.

— Так-так-так… — он осмотрел автомат, — они! Они родимые! Моё оружие из украденной партии! — он посмотрел на Ерофеева, — посчитали, сколько здесь?

— Да, Ваше благородие. Три закрытых ящика и один открытый неполный.

— Маловато, маловато… — он посмотрел на пленных, — ну что, хлопцы? Кто-нибудь знает, куда делось всё остальное? — Даниил вынул из кармана конфету, — Обещаю сказавшему дать конфетку! Ну? — он посмотрел на каждого, — И чего молчим? Неужели никто не знает?

На самом деле многие знали, что бОльшую часть оружие мы продали, однако боялись говорить из-за данной клятвы.

— Ну что же… Посидим. Подождём. А потом я прикажу всё здесь сжечь вместе с вами. У вас пять минут!

Запрыгнув в тачку, я дал по газам и с юзом рванул в сторону выезда, надеясь успеть. Время сейчас было не на моей стороне, так что стоило поспешить, если я не хочу подвергать сестру этой тушки опасности. А то кто их знает? Могут и убить, чтобы меня запугать, а могут и продать в турецкий бордель, долги за меня отрабатывать. Этого я не только им, но и самому себе простить не смогу.