— Назад, за стойку. Граната! — крикнул и катнул вперёд цилиндр нолдов с замедлителем на пять секунд. Стоявший рядом со мной боец прыгнул с места рыбкой через стойку, второй, который стрелял, замешкался, пятясь назад, и рубер мгновенно вытянувшись в полный рост и выкинув вперёд длинную лапу успел дотянуться до него. Зацепив его когтём за разгрузку, он потянул несчастного к себе. Мне не оставалось ничего делать, как включить свой дар. «Одер»

Умеют ли руберы улыбаться? Этот умел, его сардоническая ухмылка на кошмарной пасти и бледное лицо молодого неопытного солдатика. Чудовище подтягивает к себе пищу. Пища уже открыла рот, но вопля я не слышу. У меня в распоряжении три секунды, три обычных или целая вечность для меня. Я толкаю парня к стойке, переломы ему обеспечены, зато живым останется и не будет телиться в следующий раз и стрелять без команды. Солдатик пролетает мимо бармена без головы, и выбивает у того из рук бокал с кровью обливаясь по дороге. Граната нехотя перекатывается своей ребристой поверхностью по неровным еловым доскам, хорошо хоть я катнул её в обычном состоянии иначе всё. Рубер тоже застыл, элита бы двигалась в отличие от него. Выхватываю нож и зачем-то бью рубера по морде, от злости скорее. До спорового мешка я всё равно не дотягиваюсь, а нолдовская граната уложит его гарантированно. И нас заодно вместе со стойкой, кстати. Прыгаю за стойку и ловлю не упавшего ещё бойца за шиворот. Второго за лямку разгрузки и тащу обоих на выход. Красное мерцание, почему так быстро? Или уже прошла минута, а я и не заметил? Мы уже около дверей, как в уши врывается рёв чудовища и вспышка с последующим взрывом, опалившим мне затылок. Тотчас приходит взрывная волна и мы втроём летим через двери, как в лучших традициях ковбойских фильмов, выбивая башкой двери…

Прямо в грязь лицом. В ушах звон, в руках воротник и лямка. Сами солдатики лежат дальше, один ворочается второй, который стрелял, улетел головой в сарай и похоже без сознания. Рядом со мной ещё лежит девочка или нет, девушка, но миниатюрная. Откуда она здесь, ведь не было её? Я сошёл с ума? Шум в ушах прошёл, и я обернулся посмотреть на рубера. Ну конечно же, от рубера почти ничего не осталось, шутка ли словить пузом гранату. Гранаты, конечно, у них хороши, примерно, как наша противотанковая мина, только радиус разлёта осколков меньше. От столовки почти ничего не осталось, деревянный домик заскрипел и начал складываться, когда из окна второго этажа выпрыгнули рейдеры. Ко мне подбежала Наташа.

— Тебе нельзя одного отпускать. Что опять? — рассерженно спросила она. Из-за её плеча выглядывал улыбающийся Бес. Из броневика вылезала нахмурившаяся Лиана.

— Я не уверен, что всё кончилось, но там был рубер. Вы бы отошли подальше, вдруг он ещё жив, — этого хватило, чтобы их сдуло. Наташа, отскочив метров на пять пошла фиолетовыми пятнами, приготовившись воспользоваться даром. Я поднялся и очень осторожно пошёл вдоль оставшейся стены. Рубер это смертельно опасно, а без дара для меня уже и топтун смертельно опасен. Через пять метров я увидел половину нижней лапы монстра, больше от него ничего не осталось. Отличная граната, надо как-нибудь в элиту кинуть. Хотя она отличалась от обычных нолдовских, эту партию из двенадцати штук я спёр мимоходом на главной базе, и вдоль их чёрного корпуса шла оранжевая полоса. Возможно, они какие-то особенные были.

— А это что у нас за овечка? Ты кто, кроха? — Лиана присела и стёрла грязь с лица девушки, загадочно появившейся рядом со мной. Девушка села и выплюнула землю, забившую ей рот.

— Сама ты, овца, — Лиана пошла красными пятнами, а её рука поползла к ножу на поясе. — Местная я. Люсьен меня зовут.

— Люсьен? — удивился я и погладил жену по руке. Лиана взяла себя в руки и спросила.

— В проститушной работала? — улыбнулась Наташа.

— У нас здесь салун, «Привал у погибшего рейдера» называется, только для респектабельных господ. Не знаю о чём ты, — Люсьен сделала вид, что не понимает фиолетовую девушку.

— А ну-ну, гейша значит. Из Чертаново, — заржала Наташа.

— Отстаньте от неё. Ты как, Люсьен оказалась возле меня? — спросил я хрупкую шатенку.

— Меня взрывом оглушило. А так я с самого начала пряталась там у стены, — показала она пальцем на кучу дров, некогда бывших элитным салуном «Привалом у погибшего рейдера».

— А мы вот тебя там не видели.

— Ну правильно, дар у меня такой. Невидимость. Когда рубер напал на Гарика, повара нашего, я по стенке в невидимости пятилась к выходу. Под таким даром нельзя быстро передвигаться, — объяснила она.

— Сколько ты под ним можешь находиться? — спросил Бес.

— Пять минут где-то. Это если стоять, а если идти, то пару минут. Бежать уже не получается, сразу слетает.

— Всё равно неплохо. Можно подойти подслушать и также спокойно свалить, — я прокручивал, как смогу использовать Люсьен в разведке.

— Помогите что ли встать, ног чего-то не чувствую, — сказала Люсьен и протянула руку Гному. То ухватился и потянул Люсьен из грязи, она вскрикнула и схватилась за правую ногу ниже колена. Задрав штанину, я увидел открытый перелом, девушка морщилась от боли, но терпела и не закричала.

— Давай, Гном, к старцу её тащи.

Глава 2

Люська

— Стоит вам вылезти из броневика, как тут же случаются разрушения и трупы, молодой человек, — нравоучительно высказал мне папаша Кац.

— Папаша, ты обиделся никак? Опять на вы и молодой человек? Ладно, Изя, открывай клинику. Хоть две, я же пошутил. Только не плачь, когда мы рад-жемчужину найдём без тебя.

— Не надо угрожать Изе Кацу! — он резко помахал перед моим лицом указательным пальцем. — Про клинику я просто сказал… не подумавши.

— Ой! Это надо записать. Старичок впервые признался в оплошности, — Лиана засуетилась в поисках блокнота.

— Может, вы уже завяжете трепаться? Здесь человек с открытым переломом ноги мучается, — подала голос Люсьен.

— С чем? — не расслышала Наташа. — Здесь мучились люди и без ноги, и без руки. Подождёшь.

— Старичок, ну ты то хоть… — жалобно пропищала Люсьен, обращаясь к Кацу.

— Да, да, — знахарь положил ей ладонь на лоб, и девушка отключилась. Затем занялся её ногой, вправляя кость.