Он, чёрт возьми, начинает раскачиваться из стороны в сторону, будто дразня меня, и при этом кидает:

– Я не упаду.

– Слушай, у тебя нет дара предсказания и уж тем более нет нескольких жизней. Если ты сейчас грохнешься, ты не просто сломаешь себе шею… Ты разобьёшься! Тебе меньше надо играть в видеоигры или смотреть всякие боевики про крутых парней.

– Я не играю в видеоигры и не смотрю боевики про крутых парней.

– Значит, ты от природы такой глупый?

Пожав плечами, Гай кидает:

– Возможно.

Чувствую приближение нарастающего отчаяния внутри себя, что хочется кричать.

– Ты собираешься покончить с собой? Да?

Парень отрицательно качает головой.

– Что ты хочешь мне показать? Ты можешь сделать это и внутри. Тебе необязательно для этого стоять снаружи.

– Но отсюда вид намного лучше.

– Вид?! Ты хочешь показать мне вид?!

– Да. Он потрясающий.

Его спокойствие просто выносит мне мозг. Нервы на пределе. А его глумливое и саркастическое поведение выходит за рамки! Не хватало мне в свои семнадцать увидеть, как передо мной разбивается человек.

– Пожалуйста, не глупи. Из-за таких дурацких выходок уже погибло не мало людей.

– Со мной всё будет в порядке. Я могу показать.

И, сказав это, он прыгает вниз.

Я визжу. Но визг длится ровно секунду.

Он прыгнул.

Он, чёрт возьми, действительно прыгнул!

Руки неистово дрожат, дрожит всё тело. Чувствую нарастающую панику, которая медленно и противно подкатывает к горлу, готовясь свести меня с ума. Не верю в произошедшее и ни за что не хочу верить, полностью игнорируя факт того, что я только что увидела это собственными глазами.

Я на пару секунд замешкалась, не готовая увидеть то, во что Гай мог превратиться после падения, но всё же делаю это. Я подхожу к окну и вытаскиваю голову, уставившись вниз с прищуренными глазами.

Наглая ухмылка… Именно её я вижу в первую очередь.

Не пропасть, не людишек далеко внизу, не проезжающие машины… А эту наглую ухмылку, полную издевательства и самодовольства.

Гай будто парит в воздухе.

– Какого… – вырывается у меня.

– Я же говорил, что не упаду.

Он произносит эти слова таким спокойным тоном, что мне хочется врезать ему со своей силы, хотя это совсем не в моём стиле и точно не подобает такой девице как я. Даже не смотря на тренировки с Трэвисом.

Рассматриваю его внимательно и наконец понимаю, как ему это удалось. Под оконным отливом чуть ниже находится что-то вроде подоконника – что-то широкое и каменное. Оно крепко держится за здание, выполняя в первую очередь роль элемента декора университета. На нём легко сохранять равновесие, и за парня можно не волноваться: он в полной безопасности.

Чувствую, как моё сердце приходит в норму, возвращает свой обычный ритм биения, а лёгкие, до этого сжатые в комочек, расслабляются.

– Меня чуть инфаркт не хватил! – кричу я, при этом сохраняя рамки, чтобы моего голоса не было слышно посторонним.

– Я видел.

– И это всё, что ты можешь сказать? Ты не извинишься за своё глупое поведение?

– Всё же в порядке. Я всё контролировал. Не вижу смысла извиняться.

Я лишь цокаю и отхожу от окна. Выглядываю из-за двери, разглядываю столовую. Пусто. Лишь пара уборщиц подметают с пола крошки от бургеров и прочие остатки еды, которые студенты безжалостно роняли во время перекуса.

– Каталина, иди сюда, – произносит Гай, а я его игнорирую. – Каталина?

Я продолжаю молчать, пытаюсь придумать, как мне вернуться на занятия так, чтобы меня не убили преподаватели и не узнала мама.

– Ты должна дать мне шанс.

Я резко оборачиваюсь и вижу, как Гай держится за оконную раму, свисая телом туда в пропасть, и смотрит на меня с ожиданием ответа. Его руки, должно быть, невероятно сильны. На этот раз это его движение не выглядит таким безопасным, как если бы он продолжал стоять на том уступе.

– Как ты это сделал? – удивлённо спрашиваю я, подходя к нему ближе.

– Тренировки.

Я чуть едва понимающе не киваю, вспоминая, что сама занимаюсь тренировками дома. Но вряд ли мои руки крепки настолько же.

– Какие именно? – спрашиваю я.

– Какие нужны.

Даю себе разрешение усмехнуться.

– Хорошо. – Киваю, понимаю, что его дурацкий поступок медленно стирается с памяти, и почти даже улыбаюсь. – Показывай мне то, что хотел показать. Но поскорее.

– Надо же. Всё ещё интересно?