Я еле выкарабкиваюсь из мыслей, затронувших меня до глубины души, и возвращаю взгляд на парня. Без слов подхожу к нему и сажусь сзади, и мои действия, вижу, заставляют его довольно усмехнуться. Я сижу так близко к его телу, что чувствую исходящее от него тепло. А ещё он вкусно пахнет.

– Держись крепче, – тихо говорит он.

Я неуверенно обнимаю руками его торс, через ткань рубашки чувствуя его твёрдый пресс. От стыда опускаю глаза вниз.

Он заводит байк, и мы наконец трогаемся с места.

Ветер щекочет мне лицо, бросает волосы назад. Я закрываю глаза от приятной поездки, продолжая крепко держать новенького за талию.

Буду его так называть. Новенький.

Дилан убил бы меня за моё легкомыслие и наивность, которыми я замаскировала свою тупость. И если хорошенько подумать, он был бы полностью прав, ведь сесть к какому-то парню, которого знаешь лишь пару дней – идея не из самых лучших. К тому же, когда ты особо-то с мужским полом никогда дел не имела и совсем в них не разбираешься.

Но доверие к нему, внушаемое мне собственным сердцем, глупо побеждает инстинкт самосохранения.

Мы проезжаем мимо двухэтажных домов, свет в их окнах уже погас, а потом передвигаемся мимо деревьев, лениво тянущихся к небу, мимо парков и разных магазинов, чьи яркие вывески бросают забавные блики на асфальт. Свет луны накрывает землю своей серовато-голубой простынёй, будто бы хочет показаться королём, способным утопить всех в своей светлой тени.

Мы молчим, слыша лишь шум двигателя байка и собственное сердцебиение. Мне не хочется нарушать эту идиллию, а новенький, словно чувствуя это, продолжает дарить мне приятные моменты.

Время уже наверняка позднее, если судить по тому, что людей мы практически не встречаем. Лишь изредка на глаза попадается парочка мужчин или женщин, которые идут по своим делам или просто прогуливаются. А внутри меня какое-то необъяснимое удовольствие от того, что я ослушалась родителей впервые в своей жизни.

Мы едем по дороге, по двум сторонам от которой лишь небольшие дома и деревья, и я никак не могу определить, вышли ли мы из Сиэтла, или это всё ещё часть города. Когда же мы доезжаем до плавного поворота дороги налево, парень вдруг останавливает свой байк, снимает шлем и встаёт.

– Дальше пойдём пешком, – говорит он мне.

Я тоже слезаю с мотоцикла и пытаюсь угадать, куда это мы пойдём пешком. Но мне просто не остаётся достаточного количества времени, чтобы подумать, так как мой попутчик идёт вперёд, прямо в лес. Наверное, я поступаю глупо, но интуиция молчит, поэтому я без сомнений плетусь за ним.

Мы проходим мимо деревьев, слыша голоса лесных жителей и совсем не встречая никого на своём пути. Так тихо и успокаивающе приятно, что я даже забываю, что всего несколько минут назад находилась в пыльном бетонном городе, заполненном шумящими автомобилями и вечно куда-то спешащими людьми.

Проходит минута, пока мы вдруг не доходим до одиноко стоящего деревянного домика, который словно вышел из сказки. Он полностью состоит из дерева и даже имеет небольшой балкончик на втором этаже. К входной двери ведут небольшие деревянные ступеньки, а по сторонам висят два фонаря.

Мне вдруг показалось, что окажись мы в сказке, в этом жилище точно обитала бы какая-нибудь добрая волшебница.

– Что это за место? – спрашиваю я, стараясь скрыть в голосе обеспокоенность.

– Здесь готовят самые вкусные пирожные в мире. Ты должна их попробовать.

Я удивляюсь, совсем не ожидая услышать нечто подобное, но шага не сбавляю. Мне даже кажется, после этих слов я наконец сумела-таки расслабиться ещё больше.

Он подходит к домику и дважды стучится в маленькое окошко. Почти сразу оно открывается, и я вижу лицо. Это старенькая женщина с седыми волосами и очень добрыми чертами лица. Обычно такими изображают каких-нибудь добрых крёстных фей.

Старушка очень добродушно улыбается, когда её глаза цвета голубого неба устремляются точно на парня рядом со мной. В них сверкают искры радости.

– Кого это я вижу! – произносит она очень воодушевлённо. – Погоди секунду, я сейчас выйду.

Не закрыв окошко, старушка исчезает где-то внутри дома, затем я вижу, как она открывает дверь, спускается по ступенькам вниз и осторожно подходит к нам. При этом её движения такие, что кажется, они даются ей с трудом.

Когда она приближается на достаточное расстояние и обнимает парня, я вижу, как хорошо она выглядит вблизи, как старость совсем не испортила её внешность. Я даже сумела представить, насколько красивой она наверняка была в молодости.