— Насколько мне известно, я работал в отрасли, на которую не действовали ваши полномочия…

— Они действуют везде! На всех! В том числе на Ваших восточных и западных товарищей!

— Только вы их забыли предупредить, не так ли?

— Можете юморить сколько угодно, итог для Вас может быть только один из двух…

— Либо расстрел, либо… я должен превратиться в одну из этих адских машин, которые сам и строил.

— По рассказам свои коллег, я знаю что Вы с настоящим огнем входили в эту работу. И тогда Вас не интересовали вопросы морали.

— Потому что в то время их не затрагивали! В мои обязанности входило создавать военную технику, которой должны были управлять солдаты, настоящие солдаты, военные! Но засовывать туда детей! Это антинаучно и аморально!

— Наша страна всегда и во всем была лучшей. В дальнейшем не должно быть изменений.

— Но какой ценой? — Ученый опустил голову и закрыл лицо руками. — Все это… это все было одной громадной ошибкой.

— Не понимаю Вас, Аркадий Сергеевич. — Допрашивающий изобразил теплую доверчивую улыбку старшеклассника. — Ведь Вы, именно Вы один из авторов и создателей самого совершенного оружия на планете. Я читал Ваши ранние доклады и рапорты — это почти искусство! Можно позавидовать, с какой любовью Вы описывали каждый шаг разработки. От идеи до чертежа. От чертежа к макету. От макета к первому прототипу. А сейчас? Сейчас Вы пытаетесь убедить всех в том, что все это было ошибкой. Прошу меня извинить, но это мало похоже на правду.

— Поэтому Вы держите меня как собаку на цепи? — Ученый поднял на собеседника свое покрасневшее лицо. — Когда все начиналось, Вы едва родились. Вы понятия не имеете, что тогда было.

— В таком случае, расскажите мне. — Допрашивающий оживился. — Я для этого и пришел к Вам.

Ученый усмехнулся.

— Вы все знаете и без моих рассказов. Да и времени остается совсем немного…

Безмолвную ночную тишину ноябрьской пятницы нарушил гул… Скорее, шелест, или легкое шипение? Звук нарастал. Превращался в гудение. Снег засиял. Он сверкал яркими красками. Каждая снежинка мерцала во тьме как падающая звезда, а потом была резко отброшена неистовым порывом. Свет отразился в окнах домов и исчез, вместе с глухим ударом и тучами снежной пыли. Вновь стало тихо. Только собаки завыли, протяжно, тоскливо. Да оранжевое пламя бросало свои отблески на снежный ковер, полыхая в огромной рытвине.

Машины приехали быстро. Люди в штатском, но с военной выправкой и непроницаемыми лицами, оцепили место падения и поглядывали на рассыпающихся в стороны местных жителей, разбуженных странным звуком. Машин было много, людей в несколько раз больше. Военные без устали работали часами, но закончили только к утру. Когда место опустело, на нем не было ничего, только следы колес на свежем снегу и горсти земли. Больше ничего.

В обед фотоснимки и видеозаписи с места происшествия лежали на столе у первого секретаря, а вечером специальная делегация присутствовала на собрании века, а быть может и тысячелетия. На сверхсекретном объекте, о котором было известно лишь небольшому кругу людей, собрались первые люди государства и лучшие умы страны. В поистине гигантском и не очень хорошо освещенном ангаре, подвешенный к потолку за толстые морские цепи и стоящий на нескольких мощных опорах, покоился объект, упавший недалеко от Мурманска. Продолговатой формы, с полностью аэродинамическим покрытием, с небольшими выступами напоминающими стабилизаторы и черным как ночь цветом, инопланетный корабль, не превышающий своими размерами грузовой автомобиль.

Комитет государственной безопасности постарался на славу — население страны даже не догадывалось о том, что произошло в ночь с двадцать пятого на двадцать шестое ноября, тысяча девятьсот шестьдесят седьмого года. А жители ближайших деревень были полностью убеждены, что прошло очередное неудачное испытание нового самолета. Ну, или, на крайний случай с неба упал метеорит. Хотя между собой, в бане и под теплый самогон, суровые мужики Заозерска, наперебой обсуждали американский спутник-шпион, так ловко сбитый советскими ракетами.

После небольшого выступления первого секретаря, выслушали доклад ученых, произведших первый, поверхностный осмотр корабля. Что удивительно, судно оказалось практически не пострадавшим после падения. Не было заметно какой-либо деформации фюзеляжа, но попытки вскрыть его заняли несколько часов. Когда же исследовательской группе удалось проникнуть внутрь, поражению их не было предела. Корабль был пуст. Выходит, что всеми системами корабля управлял автопилот. Разумеется, легко можно было предположить, что экипаж эвакуировался после или во время крушения, но люди не нашли ни одного признака нахождения внутри корабля живых существ. Все же, после получения данной информации, комитету был отдан приказ провести тщательную разведку местности, на протяжении тысячи квадратных километров вокруг места падения. После всех распоряжений, первый секретарь вновь дал слово ученым.

Вне всякого сомнения, корабль принадлежал расе существ, в техническом развитии опередивших нас на множество лет вперед. Материалы, использовавшиеся при создании компонентов летательного аппарата, совершенно отличались от материалов земного происхождения. Электрооборудование казалось фантастическим и нереальным. На данный момент это было все.

Здесь же, в стенах этой скрытой под землей военной базы, было принято решение и дано слово — абсолютно все засекретить. Инопланетный корабль никогда и нигде не должен был всплыть, те кто знал о его существовании дали расписку о неразглашении. В противном случае документ предполагал самые жесткие меры — расстрел на месте. Изучение корабля, с целью улучшения собственных технологий и тем самым, укрепление положения страны как сверхдержавы — такую цель поставил ученым и исследователям первый секретарь, прежде чем покинуть засекреченный объект.

Через тернии к звездам. Проблема возникла сразу же. Она витала в воздухе вокруг, уже в первые часы, но окончательно смирились с нею только через время. У Советского союза просто-напросто не было технологий. Банально до омерзения. Страна, измученная войной и пытающаяся обрести прежнее устойчивое положение в жизни, была неспособна на крупные инвестиции. Проще говоря, отстраивая дома и заводы, ремонтируя школы и больницы, приводя в порядок испещренную войной землю, страна была не в силах тратить огромные деньги на создание оборудования, обладающего достаточной вычислительной мощью, чтобы определить молекулярный состав и уровень энергии инопланетного судна. Многие ученые обращали внимание на крупные страны запада и востока, особенно выделяя тот факт, что их финансовые возможности превосходят возможности Советов и подобный союз может иметь неплохие последствия.