– Как будет готово, я доложу, – шея у меня была готова вот-вот сломаться под внезапной тяжестью.

– А почему так долго? Почему ты такой медлительный? – судя по тону Мадам, ей было нужно не получить от меня готовый свёрстанный план, а протереть мою тыковку своими арбузищами.

– Это не я медлительный, а те, кто мне отчёты вовремя не подаёт. А вы просто придираетесь.

– Ты не прав. Я не придираюсь. Я стараюсь приучить мужчин работать наравне с женщинами! – и, приподняв свой бюст, обрушила мне на голову всю его массу помноженную на ускорение.

– Ай! – вскрикнул я, – не бейте меня по голове!

– А то что? – всё тем же флиртующим тоном поинтересовалась Мадам Бюст номер пятнадцать.

– По углам гадить буду, – огрызнулся я.

– Дурак! – Мадам Директриса резко выпрямилась и направилась в сторону своего акваримоподобного кабинета в углу опенспейса.

– А премия в этом месяце будет? – без особого энтузиазма задал я вопрос удаляющейся спине начальницы.

– Премию ещё заслужить надо!

– Гав-гав! – выдал я и громко задышал, вывалив язык.

– Не смешно.

– Но мне очень надо, прям очень-очень!

– Если будешь себя хорошо вести, могу обсудить этот вопрос за ужином.

– А с кем?

– Что – с кем?

– Ужин с кем будет?

– А ты угадай.

–Я бедный маркетолог, у меня нет денег на ужин.

– Это будет деловой ужин, контора платит.

– Это – харасмент!

– Ещё одно слово и будешь у меня не премию выпрашивать, а выходное пособие. Готовься. Завтра после работы.

– А можно не завтра? Завтра мне в другое место надо.

– Хорошо, через неделю. Но это окончательный вариант или заявление мне на стол.

– Есть, Мадам Директор.

– Вот и умничка. Давай, работай.

А то-то я не работаю. Все девчонки в агентстве мышей совсем не ловят, а мы с ребятами должны упахиваться, и все шишки в лесу наши. И то, что мне маркетинговый план не составить без данных из отчётов этих халявщиц, это никого не волнует. Самой-то заняться нечем. Тоже мне, нашла развлекуху – соблазнять подчинённого. Я, может быть, и соблазнился бы. Но не так же всё открыто должно быть. Вся контора уже угорает с этого цирка. Ведь всё же, как всегда будет. Всё переврут и извратят. И будет не то, что мажористая владелица агентства соблазнила несчастного бедного работника, а он сам к ней в трусы залез ради карьерного роста. А может, чего и похуже выдумают. И не отмоешься. А куда я с таким реноме потом на работу устроюсь?

Но если не пойти с ней на ужин, то она и премию не даст. С неё станется, очень обидчивая. И мстительная, ага. А мне завтра ещё чудо своё хвостатое регистрировать. По новым правилам всем надо паспорта оформлять и чипирывать. А для этого обследование проходить. И все за свой счёт. А денег нихрена нет. И работы нормальной нет. И премии. И новой видюхи. И счастья в жизни.

– Аннеточка, солнышко моё, ты отчётик когда доделаешь, а то мне он был бы кстати? – поинтересовался я у формально моей подчинённой, голосом полным нежности и учтивости, во избежание, стало быть.

***

Наконец-то получив свои дурацкие справки, я отошёл от окошка, пытаясь что-то увидеть сквозь стеклянные витрины центра санитарного надзора. У входа Её вроде не было. Ну, возможно отошла недалеко. Это плохо, но что с неё взять. Ничего, со временем научится и слушаться, и понимать правила. Застёгивая на ходу кожаную папку для бумаг, вышел из здания, и оглянувшись по сторонам, замер.

Трое зоосанитаров в своих зелёных комбинезонах заталкивали в свой идиотский служебный фургон её – мою кошкодевочку. Я рванул было через проезжую часть, но трафик был слишком плотный. Закричал, размахивая руками, но охотники не обратили на меня никакого внимания. Завели машину и поехали в противоположную от меня сторону.

На машине кроме фирменных обозначений и названии ведомства не было никаких других приметных знаков. А номер машины я не запомнил. И что делать я не знал. Так и стоял, пень пнём и смотрел туда, где только что всё произошло, пытаясь понять причину происшедшего.

Почему её забрали? Она же практически домашняя. И по внешнему виду, и по повадкам. Чистенькая. Ухоженная. Сытая. Добрая и ласковая. Не способная причинить никому вреда. Даже напугать или отпугнуть она бы не смогла. Её средство защиты разве что очаровательная мордашка да пушистый хвост. Ну, никак её за дикую, или там уличную, принять нельзя. Не могла она ни на кого броситься. Так почему? Почему им надо было её схватить и увезти?

Я бы так и стоял в растерянности, если бы меня не толкнул прохожий. Тут я очнулся и меня осенило: телефон! Достал телефон, нашёл в инете номер горячей линии департамента. Буквально сразу же, через каких-то минут двадцать мне все же ответил первый освободившийся оператор. Толку, правда, было мало. Они не раскрывают информацию о служебном транспорте. Они действуют по закону и на основе решений местных властей. Если забрали, значит, были веские причины. Ля-ля-ля. Бу-бу-бу. Пишите на деревню дедушке.