— Медитируешь? — звучит насмешливо над самым ухом.

Не показалось..

— И, я рада тебя видеть, Кирилл, — поворачиваюсь, растягивая губы в улыбке.

На несколько секунд подвисаю, залюбовавшись Королёвым, потому что он практически обнажен, не считая джинсовых шорт, низко висящих на бёдрах.

Да не смотря на мою ненависть к нему, я не могу не отметить, что тело у Кирилла божественно. Занятия спортом не прошли даром. Там и мышцы, и кубики пресса, и косые мышцы живота… Короче полный комплект.

— Нравится? — усмехается парень.

Понимая, что меня застукали за подглядыванием, краснею и дико смущаюсь. Даже, если и нравится, никогда ему в этом не признаюсь, потому что наткнусь на насмешки и подколы с его стороны.

— Ещё чего, — фыркаю я, брезгливо поморщившись

— Меня больше в парнях мозги привлекают.

— Да? — прищуривается Кирилл

— У Андрея одни тройки в аттестате, однако, ему ты, пчёлка, с радостью дала.

Как удар поддых. Противная горечь разливается во рту. С трудом сглатываю, образовавшийся в горле комок.

Я говорила, что Кирилл симпотичный?

Он мерзкий. Самый мерзкий из всех парней, которых я когда-либо встречала.

Беру себя в руки. Плечи распрямляю, подбородок задираю и гордо встречаю его взгляд

— Захотела и дала. Тебе то что?

Я девушка свободная. С кем хочу, с тем и сплю.

Кирилл подходит ближе, нависает надо мной, давит своей мощной энергетикой. Я рядом с ним чувствую себя маленькой букашкой, которую он может раздавить одним пальцем.

Его глаза вспыхивают, руки сжимаются в кулаки и, хотя, Королёв ни разу не позволил себе, причинить мне физическую боль(не считая его крепкие хватания) сейчас я его по-настоящему боюсь. Никогда не видела Кирилла таким злым. Его аж потряхивает от злости.

И, чего, спрашивается злится? Как будто это его оболгали, выставив, практически, шлюхой..

— Понравилось?

— Что? — испуганно ойкаю, когда Кирилл хватает меня за плечи и слегка встряхивает

— Что понравилось?

— Не прикидывайся дурочкой, пчёлка, — рычит он, касаясь своим носом моего.

— Трахаться с ним тебе понравилось?

— Очень понравилось, — выпаливаю я неожиданно для самой себя

— С радостью бы повторила.

— Сука, — выплёвывает Кирилл, а в следующий момент делает удивительно глупую, мерзкую и одновременно приятную вещь. Королёв меня целует. Целует!

Королёв! Меня!

С ума сойти.

Широко распахиваю глаза, упираюсь ладонями в голую, твёрдую грудь, мычу ему в рот..

Одной рукой Кирилл обнимает меня за талию, другой зарывается в мои волосы, давит на затылок, сильнее вжимаясь в мой рот.

Его губы сухие, горячие, творят неимоверные вещи. Нежно касаются моих, изучая, лаская.

Когда воздух в моих лёгких заканчивается, я открываю рот, делая судорожный вдох и Кирилл этим пользуется, подключая язык.

Я должна его оттолкнуть, но вместо этого скольжу ладонями по груди, верх к шее, чувствую как напрягаются его мышцы, зарываюсь пальчиками в волосы на его затылке и прикрываю глаза.

Почему мне никто не сказал, что целоваться это так приятно?

Почему у меня все внутренности узлом скручивает и колени подгибаются, а в животе зарождается приятное томление.

Почему у Королева, который говорит ужасные вещи, такие вкусные губы?

Кирилл углубляет поцелуй. Его язык вылизывает мой рот, а руки перемещаются на бедра. Кончики пальцев забираются под короткие штанины шорт… С диким рыком Королёв приподнимает меня над землёй, впечатываясь твёрдым бугром прямо мне в лобок.

Между ног простреливает. Я сжимаю бедра и в ужасе распахиваю глаза.

Что это, мать вашу, было?

Я целовалась с Кириллом Королёвым и испытала самое настоящее возбуждение. Но ладно я… Кирилл, тот, который не упускал случая, сказать какая я не красивая, тоже меня хотел. Слишком, явно, прижимался своим… Кхм… Достоинством…

— Пусти, — пищу я, не узнавая собственный голос.

К моему облегчению, Королёв отступает и я, не глядя на него, бегу к воротам турбазы.

— Ты чего так несешься, как будто за тобой стая волков гонится? — хихикает Вера, вставая с лавочки.

Ох, Вера… Лучше бы волки. Я такое учудила, что мама не горюй.

Упираюсь ладонями в колени и слегка склонив голову, пытаюсь отдышаться. Это меня так стометровый забег вымотал или поцелуй с Кириллом.

Сердце до сих пор билось, как сумашедшее и губы покалывало, а кожа на бёдрах там, где ее касались пальцы Кирилла, горела огнём.

— Май, случилось чего? — обеспокоенно спрашивает Вера, нахмурив брови.

— Нормально все, — выдавливаю улыбку

— Увидела Королёва и сбежала.