В итоге я, снова, встретилась с Королёвым. С человеком, которого хотела бы видеть меньше всего.

Но, ещё больше, меня удивляет собственная реакция. Почему я постоянно думаю о нём?

Почему его прикосновения не вызывают отвращения, а скорее наоборот? Почему мне неприятно видеть его в объятиях другой?

Открываю кран и плескаю в лицо холодной водой. Смотрю на себя в зеркало, отмечая чрезмерный румянец и лихорадочный блеск в глазах.

Моя блузка полностью испорченна, а переодеться не во что, поэтому я снимаю её и застирываю под краном, а потом сушу под вентилятором.

— Занято, — кричу, когда дёргается ручка на двери.

Не хватало ещё предстать в одном лифчике перед каким-нибудь пьяным извращенцем.

Ручка снова дёргается

— Занято, говорю, — уже кричу я.

— С первого раза не понятно?

Мокрая ткань просыхает слишком медленно. Можно, конечно, надеть прямо так, в светомузыке, наврятли, Кто-то заметит, но…

Роняю блузку и отскакиваю к стене, когда двери с грохотом открываются.

Взгляд Королёва скользит сначала по моему лицу, опускается ниже. Я подмечаю, как дёргается его кадык, пока Кирилл пялится на мою грудь.

Его взгляд обжигает. Кожа моментально покрывается мурашками, живот наливается тяжестью и подрагивает.

Разве можно таааак смотреть?

Он, будто, касается меня глазами, гладит, ласкает…

Кирилл дёргается и я прихожу в себя. Быстро наклоняюсь и хватаю блузку, прижимаю к телу, стараясь прикрыться.

— Отдай, — буквально, пищу, потому что Королёв хватает за рукав и с силой тянет.

Мне с ним явно не справиться. Он же на две головы выше и намного шире меня. Он вообще огромный… Весь такой твёрдый, мускулистый, поджарый.

— Отдай, — хмурюсь и тяну ткань.

Королёв хмыкает и качает головой

— Неа.

Офигел, совсем, блин!

— Пусти, я говорю.

Усмехнувшись Кирилл дёргает блузку и отшвыривает в сторону, потом оборачивается и закрывает дверь на замок.

Теперь уже я сглатываю, вытаращив глаза

— Т… Т… Ты чего, Королёв?

— Капец, тебе, пчёлка. — словно, обезумевший скалится Кирилл.

Он хватает меня за талию и сажает на раковину, вклинивается между ног.

Я визжу и луплю его кулаками по спине.

Ага.

Королёв хоть бы поморщился, ради приличия.

Лыбится, как дурак, сильнее прижимаясь ко мне.

Я чувствую. Я, блин, чувствую его возбуждение. Оно слишком, явно, упирается в меня. Твёрдое и огромное.

В шоке распахиваю глаза и открываю рот, забывая, как дышать.

Это же Кирилл Королёв. Он ненавидел меня всю жизнь, обзывал то жирной, то тощей, то девкой, лёгкого поведения, с которыми сам привык общаться. А, сейчас он меня хочет.

Еложу бёдрами по умывальнику, пытаясь отодвинуться. Моя промежность трется о его член, создавая поразительно приятные ощущения. Я даже губу нижнюю закусываю, чтобы не застонать.

— Не двигайся, пчёлка, — стиснув зубы, рычит Кирилл, словно, ему больно.

— Лучше, мать твою, не двигайся.

— А, ты мне не указывай.

О, Боже, это что мой голос? Комариный писк какой-то.

Кирилл кладёт руку мне на шею и скользит к груди.

— Не трогай, — бью его по руке.

— Заткнись, — рычит в ответ.

— Да, пошёл ты..

— Сука… — Как-то глухо и обречённо.

— Ненавижу..

— А, я то тебя как…

Королёв сдвигает лифчик вниз, освобождая мою плоть и пользуясь моим замешательством, впъявливается ртом в сосок.

Дергаюсь, как от удара током.

Кирилл стонет, рычит, сжимает руками мою талию, сосёт грудь, наверняка, оставляя следы.

Почему мне никто не сказал, что это так хорошо?

Тяну его за волосы на затылке, стараясь оторвать от своей груди или… Наоборот… Прижать ближе..

— Ох*еть, пчёлка…. Лучше, чем я представлял. — бормочет Королёв..

Я плыву или парю..

В голове каша, хотя, обычно я очень рассудительная.

Это Кирилл своими поцелуями сделал из меня безмозглую, безвольную куклу.

— Девочка моя… — шёпот на ухо.

Его руки на моих бёдрах, обтянутых капроном. Задирают и без того невозможно короткую юбку. Большие пальцы поглаживают внутреннюю сторону бёдра, подбираясь к…

— Майя, Майям, ты, впорядке? — обеспокоенный голос Леши бармена, сопровождающийся громким стуком в дверь, быстро приводит меня в чувство.

Отталкиваю Королёва, одергиваю юбку и подхватываю блузку с пола.

— Всё хорошо, Леш. Я скоро выйду, — надеюсь он уйдёт, потому что я не хочу, чтобы кто-то видел нас с Кириллом вместе.