Я схватила его за руку, бедра выгнулись от его прикосновения. Я была так близка к оргазму, что практически видела его. Можно было почти протянуть руку и коснуться его. Чейз притормозил, удерживая меня на грани, и в ответ из моего горла вырвался рык разочарования.

— Еще нет. — Его теплое дыхание обвеяло мою шею.

Я взглянула на него.

— Но я рядом.

— Я знаю. — Чейз ухмыльнулся. — У тебя есть подсказка.

— Какая?

Он покачал головой, его глубокие карие глаза заблестели. — Не могу выдать все свои секреты. Я просто знаю.

Я резко втянула воздух, когда его пальцы снова скользнули по мне, удерживая меня на краю, не отпуская. Последовал еще один рык разочарования.

— Ты милая, когда расстроена.

— О мой Бог. — Я захныкала. — Ты имеешь ввиду…

Я тоже не привык, чтобы меня так беспокоили. До Чейза это было разочарование от попыток запечатлеть вечно ускользающий оргазм. Теперь он намеренно скрывал это?

— Можешь сказать «красный», и я перестану тебя дразнить. Я позволю тебе получить то, что ты хочешь, прямо сейчас. В противном случае я не позволю тебе прийти, пока не скажу.

— Когда это будет?

— Когда я трахаю тебя. Потом. — Он поцеловал меня в щеку. — Но нам, наверное, пора идти. Я хочу зайти к себе домой, чтобы переодеться.

Я выдохнул. Как можно было возбуждаться и раздражаться одновременно?

— Думаю, я могла бы ненавидеть тебя прямо сейчас.

Чейз ухмыльнулся. — Нет, ты не знаешь.

— Давай заглянем к винному магазину, — сказал Чейз, подавая сигнал и поворачивая налево, когда мы отъезжали от его дома.

— Но ты за рулем.

— Не планирую много пить. Просто прими политику против показа мест с пустыми руками.

Через несколько минут он въехал на стоянку и, нахмурившись, осмотрел ряды парковочных мест. Все они были заняты, вероятно, из-за кинотеатра в том же коммерческом комплексе. Наконец, он нашел свободное место почти в квартале от него.

Радио прервало спортивное ток-шоу, которое мы слушали.

— Срочные новости о скандале с секс-видео для игрока НХЛ Мэтью Стивенса, — сказал диктор. — Стивенс якобы записал вторую неустановленную женщину без ее согласия, пока они занимались сексом. Сейчас возбуждено уголовное дело.

Мэтью Стивенс был многообещающим хоккейным вундеркиндом на год старше Чейза. Он был на пути к тому, чтобы стать следующим Сидни Кросби с точки зрения его навыков и стиля игры. Теперь казалось, что его карьера может закончиться, так и не начавшись.

— Угу. — Я быстро уменьшила громкость. Определенно не нужно было думать об этом прямо сейчас. Или когда-либо.

— Без шуток. — Чейз поморщился, въезжая на единственное свободное место. — Что-то подобное может положить конец его карьере.

И ее тоже — кем бы она ни была. В новостях ее личность пока оставалась анонимной, но если будут возбуждены уголовные дела, она в конечном итоге будет раскрыта. Тогда его адвокаты, вероятно, будут марать ее имя и репутацию всеми возможными способами.

Не говоря уже о том, что все, кого она знала, могли пойти на PornPlace — или как там это называется — и посмотреть ее самые интимные моменты. Ужасающий.

В уголке моего мозга снова закралась тревога. До сих пор я отодвигала в сторону мысль о скрытом секс-видео, но снова стала параноиком.

Не было никакого способа, который имел бы какое-либо отношение ко мне.

Не могла.

Я надеялась.

Через пятнадцать минут Чейз остановился перед синим двухэтажным домом в новой застройке. Это было не так впечатляюще, как то, в котором он жил с Далласом и Таем, но все же было лучше, чем в среднем студенческом общежитии.

Он припарковался у бордюра и выключил зажигание. Отстегнув ремень безопасности, я поерзала на сиденье, подошла ближе к нему и положила руку ему на бедро.

Время окупаемости.

— Прежде чем мы войдем, — сказала я, — расскажи мне больше о своей фантазии о сексе в грузовике.

Его взгляд упал на мою руку, затем поднялся на мое лицо. Он одарил меня дьявольской улыбкой. — Что насчет этого?

— Где бы это произошло? — Я провела ладонью выше по его обтянутой джинсами ноге. — Я имею в виду, в теории.

— Много тихих мест, где живет моя мама. Может быть, в День Благодарения мы могли бы сделать небольшой крюк…

— Ммм, — промычала я, поднимаясь выше. — Мы обязательно должны это сделать.