Когда назавтра в шесть утра прибывает команда захвата «Слияния», Брэд встречает ее чуть ли не с радостью.

Лодыжка держится вполне пристойно. Ибупрофен помогает. А прошлая неделя — поездки на попутках из города в город, ночлеги в безвкусно обставленных номерах пансионов пожилых хозяев, делающих закупки на фермерских рынках и до сих пор посылающих друг другу открытки, — принесла ей уйму пользы. Она успокоилась. Наконец выспалась. Позволила себе думать, думать по-настоящему, о Уоррене и о том, что делает.

То, что она делает, не зря. Оно того стоит. Да, дело оказалось труднее, чем представлялось — кошмар в шахте, травмы, побег из больницы, уровень стресса регулярно зашкаливает и все такое, — но ее план направиться на север, пересечь границу на судне, благополучно убить какое-то время в Канаде идет как задумано; до сих пор практически все складывается, не так ли? Значит, слово ободрения было бы очень кстати, мысленно умоляет она Уоррена. Может, призрачные объятья?

Купив экземпляр «Вашингтон пост», она читает объявления. Ничего. «Господи! Где же ты?»

Находит комнату для ночлега близ границы в Гамильтоне, Онтарио. Решает по графику покинуть Канаду завтра, чтобы подобраться поближе туда, где ей надо быть. Хозяйка кормит ее жареной курицей, болтая о своих внуках.

Жизненная философия Дженн Мэй, Нуль-8, довольно проста: не вмешиваться. Она выросла в громадной католической семье в Нью-Йорке. За восемнадцать лет непрерывных домашних драм человеческие контакты успели опостылеть ей до смерти.

С компьютерами она впервые столкнулась в местной библиотеке и была мигом пленена их логикой. Никаких капризов или жестокости. Двоичная система, «да» и «нет», четкий выбор, ветвящийся деревом. Ну да, Дженн и компьютеры отлично поладили.

В универе оказалось, что набор ее постоянно совершенствующихся навыков более чем достаточен, чтобы дать фору парням из братства, три дня игравшим в видеоигры перед экзаменом, и в таком климате она благополучно выдерживала все испытания, которым подвергали ее преподаватели, пока эти парни шебуршились, бузили и крутились вокруг нее. Она смотрела на них как на пустое место. Они же не могли отвести от нее глаз.

После магистатуры Дженн заметила кибербезопасность. Большая фирма предложила ей стабильный и приличный доход и возможность работать из дома. Она приняла предложение вкупе с минималистичной квартирой в Сакраменто. Регулярно посещает йога-студию вниз по улице, порой не упускает возможность малость поразвлечься в деловых поездках. Когда недавно один из парней объяснился ей в любви, Дженн почувствовала лишь легкое отвращение. Повидавшись по этому поводу с психотерапевтом, она попыталась докопаться до причины такой реакции. Братья и сестры даже не знают ни ее адреса, ни номера сотового, и ей это по душе.

Вызваться поучаствовать в бета-тесте «Слияния» ее попросил один из ее контактов в правительстве. Им требовался кто-нибудь, способный бросить системе вызов всерьез. Так что Дженн согласилась, подготовилась и приняла команду «Обнулиться!» с таким же ледяным спокойствием, с каким встречает любой вызов. Геоблокировала все свои устройства, тем более что в соцсетях она даже не засвечивалась. Настроила рабочую электронную почту на уведомление потенциальных клиентов, что в течение месяца будет отсутствовать. Текущим клиентам дала номера троих превосходных специалистов, знающих и ее, и ее работу и способных уладить любые насущные проблемы.

У нее свой биткойн-кошелек, так что Дженн без особого труда воспользовалась даркнетом, чтобы купить липовые водительские права и кредитную карту. И с тем покинула город.

В свете занимающегося утра одинокая путница на заросшей боковой тропке у границы останавливается перед простой доской, прикрученной к стальному столбику.

Она останавливается, отхлебывает воды из фляги. «Боже, благослови Америку, страну, которую я люблю… [49] О, для чего, для чего, для чего Ты меня оставил? [50] »

Но не вернуться в страну она не может. Таков ее изначальный план: Канада, но потом тут же обратно; ее ожидают на родине. Ей предстоит рандеву.

Закрутив крышку фляги, убирает ее обратно. Касается знака на удачу и трогается в путь, продираясь сквозь заросли, отыскивая, теряя и снова отыскивая почти не хоженую тропу.