Кэтрин звонит в дверь и ждет. Внутри слышно, как Джордж шикает на тявкающую собачонку, а когда открывает, та сидит у него на руках. Этакий ком белого пуха со свирепыми черными глазенками. Напоминает Кэтрин ее бывшую золовку.

— Лейтенант! Добро пожаловать в мой дом.

Ступив в дом, она вытирает подошвы своих «Тимберлендов» о коврик с надписью «Добро пожаловать» и через розовый мраморный коридор следует за ним в кухню открытой планировки с видом на сад позади дома. И здесь декоративные посадки. В патио обустроенное костровище и бассейн за ним.

Джордж спускает собачонку на пол, и та вприпрыжку уносится вглубь дома. Наливает Кэтрин лимонаду из графина, стоящего в холодильнике.

Лимонад вкусный.

— Кто сказал, что преступления не окупаются, правда?

— Лейтенант, я благодарю Господа каждый день за то, что, несмотря на былые проступки, сумел использовать свои предпринимательские дарования, дабы обеспечить своей семье американскую мечту.

Иначе говоря, сначала наркота. И угнанные авто. А после, когда вышел, стрипклубы и бары, потом строительство и благотворительность, места в консерватории и двое детей в частных учебных заведениях. Кэтрин допивает лимонад.

«Хватит брюзжать, — говорит она себе. — Он тебе нужен».

— Значит, по рукам?

С полупожатием плеч Ривера взбирается на барный табурет и опирается локтями о гранитную столешницу кухонного островка. Рубашка на нем ослепительно-белая в тоненькую красную полоску. Кэтрин составляет ему компанию, взяв табурет, и кладет свой мобильник на стойку. Взгляд Джорджа падает на телефон.

— Само собой разумеется, я не пойду ни на какие противозаконные действия, мисс Сойерс, — говорит он. — Но в свете наших давних отношений и принимая во внимание ваши уверения, что сей «секретный» проект, в котором вы заняты, служит для блага нации, тогда да, я готов выслушать ваше предложение.

— Не ради миллиона долларов?

— Ну, не без того, — смеется он. — Я же сказал, что я предприниматель. — Он подвигает мобильник к себе. — А это?

— Одноразовый. Только взяла. Я знаю, что делаю. Исключительно для экстренных случаев, — отвечает она.

— Урок номер один. Урок преступника копу.

Она замечает в его взгляде намек на пренебрежение, выдающий, что Джордж считает ее дилетанткой в этой сфере.

— Проблема не в телефоне, а в звонках.

По виду понятно, что он ожидает с ее стороны признания этого уголовного наставления, и подтверждает это кивком.

— Они во всех телефонах ваших контактов, — продолжает Ривера. — Во всех. Избавьтесь от него. Теперь вы в моем мире. Уж поверьте мне на слово, они прослушивают каждого засранца, с которым вы встречались хоть раз.

— Мы с вами не встречались ни разу.

— О, вы были со мной ежедневно, офицер. Каждый божий день все семь лет.

Мстительный проблеск в его взгляде. Кэтрин этого ожидала, но все равно не в восторге. Семь лет за организацию угона машин в восьми штатах. Более шестисот автомобилей общим итогом. Даже после того, как Джордж попал под подозрение, ей потребовалось четыре года, чтобы разобраться, как он действует и как его прищучить. Более трудного дела в ее практике не встречалось. Крайне долго она никак не могла уразуметь суть аферы, но в конце концов разобралась. Разводняк в два этапа. На первом этапе жульничество, до которого способен додуматься любой криминальный ум — берешь машину в аренду в компаниях по прокату автомобилей, затем меняешь номерные знаки и продаешь краденые авто ничего не подозревающим частным покупателям за наличные на вторичном авторынке. Но была еще часть вторая — вот в ней-то и заключалась особенность, позволившая его воровству так долго оставаться нераскрытым и отметившая Джорджа печатью темного гения. По завершении первой половины этого кидалова он похищал те же автомобили у их новых частных владельцев — прямо с дорожек у домов и гаражей, — менял номера на настоящие и возвращал в прокатную компанию даже до истечения периода аренды! Прокатная компания в счастливом неведении. Частные владельцы и копы чешут в затылках, ведь кому же в голову придет, что эти пропавшие машины преспокойненько стоят в автопарках? Это было шикарно. Просто охрененно.

— Урок номер два, — вещает Ривера, наливая кофе из стеклянного кофейника и подвигая ей кружку. — Думайте. Думайте, как будет думать ваш противник, а потом думайте иначе. Они этого не поймут, потому что не могут. Мы все думаем по схеме. Выйдите за рамки этой схемы, и сможете оставаться вне поля зрения.

Как ни претит Кэтрин его тон превосходства, именно из-за него она и здесь, потому-то и выбрала его, потому и пришла к этому человеку, которого сама же и посадила: он умеет избегать обнаружения, как никто другой.

— Миллион долларов? — для пущей уверенности переспрашивает Ривера.

— Наличными. Это сорок штук в день. По новому внедорожнику в день. По новому бассейну каждые три дня.

— Только за то, что я вас спрячу?

— Именно.

— Вы в беде?

— Я бы не сказала, нет.

Наконец он разводит руками.

— Отлично. Деньги ваши. Но лучше делайте в точности как я говорю.

— Или что, наденете мешок мне на голову?

— Сейчас? Сначала допейте кофе. Я привлек помощь. Кое-кого из друзей.

— Ладно. Когда я познакомлюсь с этими друзьями? Где они меня спрячут?

— Увидите. — Подготовившись заранее, Ривера вытащил из кармана узорную бандану. — Вообще-то вы их не увидите. Наденьте вот это. Урок три. Вам незачем знать, куда вы отправитесь. Эти парни, они суеверные, и отнюдь не без причины. Кстати, как вы сюда приехали? На прокатной?.. Господи!

Она выставляет ладонь, отказываясь от банданы.

— Ни за что. Идите на хрен. А машину я одолжила.

— У подруги?

Кэтрин хочет отрицать это, но вовремя спохватывается.