Машинальная жизнь протекает бездумно, автоматически, сама по себе. Человек-машина служит проводником, он проводит через себя разные влияния, вызывающие в нем потребности в еде, сне, сексе, развлечениях и т. д. Если на все это хватает финансов, то жизнь считается счастливой. Существуют стереотипы успешной машинальной жизни, в основном они крутятся вокруг материального достатка. Мерилом и смыслом машинальной жизни являются деньги. Смыслом сознательной жизни является самореализация. Машина жестко встроена в материальный мир, в его работающий механизм, поэтому все интересы человека-машины зациклены на материальном, физическом.

Отсюда навязчивая материалистичность современного технократического общества. В нем доминируют и правят люди-машины, не имеющие представления о том, что помимо машинального физического мира существуют другие, более сознательные миры. Наш материальный мир — эго только поверхность, поверхностный слой. Здесь все физическое, плотное, в том числе наше физическое тело. Плотная материя пассивна, инертна, а потому машинальна, автоматична, почти бессознательна. В противоположность материи дух активен, деятелен, разумен, сознателен. Плотный физический мир постепенно разуплотняется вглубь самого себя, утрачивая машинальность и обретая сознательность. Физическое тело человека полностью машинально — это тотальный автомат, управляемый физиологическими инстинктами. Если младенца поместить среди животных, то вырастет обыкновенный звереныш. Он будет иметь человеческий облик и повадки зверя. Среда человеческих существ даст ему другие повадки — поведение машинального человека. По форме это нечто другое, а по сути то же самое.

Жизнь на уровне физического тела мало чем отличается от жизни животного. Животный мир абсолютно машинален, автоматичен. Тем более мир растительный. Наблюдая за животными и растениями, легко заметить, что все в этих мирах происходит по жесткой, заданной схеме. И абсолютно все там происходит само — случается и все! Растения и животные — слепые, бессознательные машины, монотонно отрабатывающие свои схемы-программы. В них нет больше ничего, кроме этих схем. Точно также живут люди-машины, по аналогичным схемам. Но, в отличие от животных и растительных машин, машинальный человек имеет шанс превратиться в человека сознательного, разумного. Человеческая жизнь — это непрерывная метаморфоза. Каждую минуту, каждый час, каждый день происходит превращение и видоизменение, с каждой мыслью, с каждым словом, с каждым поступком. У человека существует реальная возможность избежать печальной участи превращения в тотальный, безнадежный автомат.

Чтобы перестать быть машиной, человеку надо поверить в то, что он всего лишь машина, бессознательный проводник внешних чужеродных влияний. Этот шаг чрезвычайно труден для современных самонадеянных прагматиков-интеллектуалов, верящих только в то, что им наиболее выгодно в данный момент. Далее необходимо узнать, как функционирует человеческая машина. Это еще сложнее. Машина «включена», она постоянно работает. Как изучить механизм работающей машины? Выключить и разобрать на части? Но в данном случае это ничего не даст. Автоматизм проявляется только у действующей машины, именно автоматические проявления представляют интерес, а сама машина не способна отслеживать собственный автоматизм. Необходим взгляд со стороны. Другие люди-машины наблюдают обыкновенную работу рядовой машины, почти такую же, как их собственная. Они видят машинальные проявления человека, но не могут их выделить, отличить от других.

Чтобы сравнивать, необходим опыт небытия машиной, а где его взять? Для этого надо на какое-то время прекратить свою машинальность, а как это сделать? Получается заколдованный круг. Таково реальное положение человека-машины. И это та истина, которую никто не желает знать. Без посторонней помощи человек не имеет возможности вырваться из оков машинального материального мира. Даже если проблеск осознания высветит реальное положение, то чтобы выкарабкаться из него, необходимы планомерные методические усилия под руководством уже прошедших этот путь.

Именно этим занимался Георгий Иванович Гурджиев со своими учениками. Всеми возможными способами он помогал им избавляться от проклятого машинального рабства. Гурджиев знал астрологию и астрологические типы, без знания которых невозможно отследить машинальные проявления. Несмотря на видимую сумбурность и произвольность, в поведении людей-машин всегда присутствует некая заданная схема. Образ жизни машинальных людей и их характер стереотипны. Это позволяет прогнозировать реакции и предупреждать возможные осложнения, смягчая ситуации.