"Восемь ноль три?!"

Я чуть со стула не рухнула, опять потёрла глаза, с трудом приходя в себя и из последних сил надеясь, что мне показалось, и на самом деле это не восемь утра, и за окном не солнце, а футбольные фанаты фейерверки взрывают, например.

"Нет, это всё-таки солнце. Мама меня убьёт."

Вскочив как ужаленная, я схватила сумку и побежала в туалет, посмотрела в зеркало, заранее не ожидая ничего хорошего – да, на голове был кошмар, и у меня меньше часа на то, чтобы привести себя в порядок.

"Хорошо, что у меня всё с собой."

Я носила в своей безразмерной сумке всё, вообще всё, я могла целиком переодеться из этой сумки, там даже обувь была сменная, и большое полотенце. Сняв рубашку, я повесила её на дверную ручку, а сама быстро вымыла голову и завернула волосы в полотенце, мягко отжимая и одновременно вытирая руки, потянулась за рубашкой и успела поймать её в последний момент, потому что кто-то повернул ручку и она соскользнула.

И этот кто-то открыл дверь.

Я замерла, одной рукой держа на голове кривой тюрбан из полотенца, второй рукой прижимая к груди рубашку, подняла глаза. В дверях стоял сильно удивлённый молодой мужчина в спортивных штанах и мокрой от пота футболке, которую он как раз снимал одной рукой, второй открывая дверь. Судя по его лицу, он не ожидал меня здесь увидеть гораздо сильнее, чем я не ожидала увидеть его. И если он для меня выглядел просто как человек после тренировки, то я была похожа на ту модель в шубе, только вместо шубы прикрывала все неприличные места мятой рубашкой, и бретельки мне никто не зафотошопил.

– Здравствуйте, – медленно сказал мужчина, смеривая неоднозначным взглядом все мои полтора метра с кепкой. Я изобразила очень виноватую улыбку и шепнула:

– Привет. А давай ты меня здесь не видел, а?

– А давай ты для начала представишься и скажешь, каким образом ты сюда попала, – его тон не предвещал ничего хорошего, я мысленно попрощалась с надеждой как-нибудь безболезненно отовраться, и сказала правду, голосом человека, который сделал первый шаг к исцелению, признав существование болезни:

– Меня зовут Аня и я... уснула на рабочем месте.

Повисла тишина, я немного постояла с опущенной головой, потом стала её медленно поднимать, невольно осматривая беговые кроссовки, спортивные штаны, футболку и небритый подбородок, дошла до сверкающих белых зубов и только тут поняла, что мужчина изо всех сил пытается на рассмеяться. Он увидел мой взгляд и сдерживаться перестал, схватился за лоб и покачал головой, насмеялся, посмотрел на меня, не особенно убедительно изобразил серьёзное лицо и сказал:

– Здравствуй, Аня. Не спи больше на рабочем месте. И освободи уже ванную, ты здесь не одна.

– Я уже всё, я почти ухожу, – пролепетала я, пытаясь подхватить сумку и при этом не уронить рубашку, и естественно, уронила полотенце. Волосы радостно бросились во все стороны одновременно, а мой не особенно желанный гость озарённо воскликнул:

– А, я понял, ты дизайнер! Я тебя без волос не узнал. В смысле, без вот этого всего. Ну, ты поняла.

Мне хотелось его пнуть, но я сдерживалась изо всех сил, пытаясь не уронить что-нибудь ещё и не засветить перед ним ещё чего-нибудь. Посмотрела на него убийственным взглядом и прошипела:

– Дверь закрой, пожалуйста, с той стороны, спасибо!

Он вышел за дверь, продолжая смеяться, я быстро надела рубашку, взяла вещи и вышла следом, успев увидеть, как потный спортсмен открывает своим ключом дверь без таблички, заходит и закрывает за собой.

У меня даже злиться сил не было, я бежала и психовала, мелкими шажочками и шёпотом, мечтая только о том, чтобы ничего не случилось за то время, которое мне нужно для того, чтобы добежать до двери своего кабинета.

Ничего не случилось, я закрыла за спиной дверь, бросила свои вещи на стол и схватилась за голову – провал за провалом, как я могла, как я теперь буду выкручиваться...

"Ещё и работу не доделала, а её завтра сдавать. В смысле, сегодня."

Приняв волевое решение решать проблемы по мере приближения дедлайна, я достала из сумки чистую футболку, надела её и почувствовала себя гораздо лучше. Повесила сушиться полотенце и рубашку, взяла косметичку и пошла в холл приводить в порядок волосы, там было зеркало во всю стену. Волосы отказывались вести себя прилично, так что я промучилась с ними достаточно долго, чтобы спортсмен успел вымыться. Он вышел в коридор в шлёпанцах и с полотенцем на бёдрах, таким крохотным полотенцем, что я закрыла глаза и отвернулась. Его это, видимо, позабавило, потому что он подошёл ближе, остановился практически у меня за спиной и сказал: