— Почему? — повторил Август, не пытаясь скрыть своего веселья и, казалось, не беспокоясь о том, что у него теперь идет кровь, наклоняясь еще больше, словно он хотел всадить нож по самую рукоять, только чтобы быть ближе к нему.

Наверное, ему это все снится, или, возможно, ему не стоило принимать лекарства вместе с виски, но он хотел всего лишь одну ночь покоя. Но она уже давно прошла.

— Да. Почему ты не хочешь, чтобы я боялся тебя? Почему тебя вообще волнует, что я думаю?

— Потому что я хочу тебя, — просто ответил Август.

— Для чего? — промурлыкал Лукас.

Август окинул его взглядом, и все следы веселья исчезли, сменившись необузданным голодом, от которого Лукас задрожал.

— Для многих вещей. Но ничего не будет, пока я не узнаю, что ты мне веришь.

Лукас вытащил нож из груди Августа и положил его на кровать рядом с ним.

— У тебя идет кровь.

— Я в порядке. — Август взял его за руки и прижал их к своему лицу, закрыв глаза, как будто нуждался в утешении. — Сделай это.

Лукас покачал головой на упрямство человека. Он сделал глубокий вдох и опустил щиты, открывая свой разум для Августа, готовясь, что последует дальше. Но крови не было. Как и криков. На этот раз видения проходили... упорядоченно, словно Август каким-то образом его направлял. Файлы и экраны компьютеров, мелькающие фотографии, конференц-зал с мужчинами, на белой доске приколоты фотографии лиц. Не было ни одного образа, подтверждающего слова Августа, но он чувствовал в них правду.

Лукас открыл глаза, по-прежнему касаясь лица Августа.

— Ты... супергерой.

Август рассмеялся насыщенным и приятным смехом, который пролился на Лукаса, как прохладная вода.

— Это у тебя есть суперспособности. Но мы не убиваем невинных людей. Это против правил. Я не причиню тебе вреда.

Лукас поверил ему. Просто не знал, что делать с этой информацией. Она объясняла все и ничего. Они были незнакомцами. И все же они сидели глубокой ночью в его квартире, Август на коленях, он полуобнаженный, и делились опытом, который для Лукаса более интимный, чем секс.

— Зачем ты вломился в мой дом?

Август опустил взгляд, выражение его лица погрустнело.

— Ты не позвонил и не написал. Мне нужно было тебя увидеть.

— Тебе нужно было меня увидеть? — повторил Лукас.

Август поднял голову и серьезно кивнул.

— Очень.

Лукас моргнул.

— Тебе нужно было меня увидеть, и ты решил обойти мою чертовки хитроумную, сложную систему безопасности, чтобы проникнуть в мой дом и понаблюдать за мной, пока я сплю? Ты мог просто написать мне смс.

Август пожал плечами.

— Ты не дал мне свой номер.

— Я так же не дал тебе код от своей сигнализации, но это тебя не особо остановило, — заметил Лукас.

— Ты бы пустил меня к себе, если бы я пришел? Написал бы тебе смс? — спросил Август, в голосе которого звучало искреннее любопытство.

Лукас задумался. Впустил бы он Августа в свой дом, зная, что ему известно?

— Не знаю, — честно ответил он. — Но ты не можешь просто врываться в мой дом каждый раз, когда хочешь меня увидеть.

— Ладно, — сказал Август веселым голосом, как будто он выиграл важный пункт в том странном договоре, который они заключали. — Можно тебя снова поцеловать?

Лукас недоуменно улыбнулся.

— Нет.

Август надулся.

— Отлично. Могу я остаться у тебя на ночь?

— Что? Нет!

— Почему нет? — надавил Август, явно обидевшись.

Лукас вздрогнул.

— Что ты имеешь в виду, почему нет? Потому что я тебя не знаю, Бэтмен ты или нет.

— А если я пообещаю не трогать тебя?

Как раз в этом и была проблема. Он хотел, чтобы Август прикоснулся к нему. Та его половинка, которая когда-то верила в логику и разум, умерла, оставив после себя самые худшие, самые безрассудные кусочки. Те кусочки, которые хотели, чтобы Август остался, хотели, чтобы он прикоснулся к нему. Как давно он не позволял никому так близко к себе подходить?

— Почему ты хочешь остаться?

— Чтобы уберечь тебя. Защитить.

— Ты не можешь защитить меня от моих мыслей.

— Я могу попытаться, — сказал Август. — А ты можешь хотя бы дать мне шанс попробовать.

Лукас изучал Августа. Он выглядел таким искренним, как будто очень хотел попробовать.

— Безумие какое-то. Мне кажется, что у меня галлюцинации.

— Пожалуйста, позволь мне остаться, — сказал Август, глядя на него своими самыми большими и печальными глазами.

— Теперь ты пытаешься манипулировать мной, — фыркнул Лукас.

— Конечно, пытаюсь. Ну и как, получается?

Лукас тяжело вздохнул. Да. Да, черт возьми, получается. Врачи не должны были выпускать его из психушки.