Сорель. О Японской комнате!

Джудит. Ну да. Я ей велела поставить в вазу цветы и убрать из нижнего ящика шкафа спортивные штаны Саймона.

Сорель. Я ей велела то же самое.

Джудит(предчувствуя неладное). Зачем?

Сорель(легко). Я пригласила Ричарда Грэхэма на эти выходные — я думала, ты не будешь возражать.

Джудит(встает и, пересекая сцену, подходит к Сорель). Возражать? Да как ты посмела?

Сорель. Он дипломат.

Джудит(заходит за столик и начинает разбирать цветы). Еще не легче. Надо срочно послать ему телеграмму, чтобы он не приезжал.

Сорель. Поздно.

Джудит. Тогда пусть Клара скажет, что нам всем пришлось срочно уехать по неотложному делу.

Сорель. Получится страшно невежливо, и, вообще, я хочу его видеть.

Джудит. И у тебя хватает наглости заявлять мне, что ты пригласила на выходные абсолютно постороннего человека, да еще к тому же хочешь его видеть?

Сорель. Я и раньше приглашала на выходные абсолютно посторонних людей.

Джудит. Ну и что из этого, милочка? Где будет спать этот твой гость?

Сорель. В Японской комнате.

Джудит(пересекает сцену с букетом цветов в руках и подходит к столику рядом с дверью справа). Только не в Японской комнате. В японской комнате будет спать Сэнди Тирелл.

Саймон(выходя на центр). Ну, что я говорил?

Сорель. Сэнди — как?

Джудит. Тирелл, милочка.

Саймон. Почему ты нам об этом ничего не сказала, мамочка?

Джудит(начиная расставлять цветы в вазе). Я вам говорила. Я вот уже много дней говорю только о Сэнди Тирелле. Я обожаю Сэнди Тирелла.

Саймон(возвращается к скамье и снова садится). Ты и словом о нем не обмолвилась.

Сорель. Кто этот Сэнди Тирелл, мама?

Джудит. Он просто душка — влюблен в меня по уши — ну не совсем в меня, в мой блестящий образ Великой Актрисы — но в лучах этой любви я чувствую себя так божественно уютно. Я его встретила у Норы Трент. (Подходит к столику за диваном.)

Сорель. Мама, не пора ли покончить с этими глупостями?

Джудит(вынимая все новые цветы из корзины). Сорель, что ты конкретно имеешь в виду под «этими глупостями»?

Сорель. Ты прекрасно знаешь, что я имею в виду.

Джудит(кладет цветы и подходит к правому краю дивана). Уж не пытаешься ли ты меня критиковать?

Сорель. Никогда бы не подумала, что ты опустишься до того, чтобы поощрять глупых желторотых юнцов, по уши влюбленных в твое имя.

Джудит(возвращается к столику и берет в руки цветы). Возможно, ты права, но я никому не позволю так говорить — никому, кроме себя. Я надеялась, что у меня вырастет послушная дочь, а не вредная тетушка.

Сорель(перебираясь на левый край дивана). Просто это такой избитый трюк.

Джудит. Избитый трюк! Чепуха! А чем лучше история с твоим дипломатом?

Сорель. Ну, это несколько другое дело, мамочка, ты не находишь?

Джудит. Если тебе представляется, что, будучи энергичной инженю девятнадцати лет, ты обладаешь абсолютной монополией на все романтические приключения в этом мире, то моя прямая обязанность — развеять твои иллюзии.

Сорель. Но, мама…

Джудит(подходит к углу рояля, ближайшему к арьерсцене, берет с рояля пустую вазу, передает ее Саймону и начинает расставлять цветы). Право, после твоих слов можно подумать, что мне лет восемьдесят. Надо было вовремя услать тебя в пансион, говорила бы теперь, что ты моя младшая сестра.

Саймон. Это бы ни к чему не привело, мамочка. Все знают, что мы — твои дети.

Джудит. И надо же мне было так сглупить — нянчить вас прямо на глазах у фотографов. Так я и знала, что еще не раз пожалею об этом.