На прикроватном столике уже стоял принесенный элитный зеленый чай из Китая. Я взяла кружку в руки и принялась наслаждаться приятным по вкусу напитком, который должен успокаивать.

Чай особо не помогает. Наскоро принимаю ванну, переодеваюсь и плетусь в кровать. Отличный сон поможет справиться с депрессией. Точно!

Не успела уснуть, как в дверь постучали. Нехотя поднимаю свое ватное тело с кровати и иду открывать. За дверью стоит модная шатенка с большими зелеными глазами.

Мама!

Испепеляющий взгляд и накачанные губы, накрашенные ярко-розовой помадой, сейчас сжаты в тонкую полоску. Маникюр с изящными цветными ноготочками. В этих ухоженных пальчиках лежит телефон последней модели. Крутит его как-то нервно.

Одета в атласное платье цвета морской волны, который очень шел ее лицу. На шее поблескивало ожерелье из белого жемчуга с синеватой радужной оболочкой, придавая ей праздничность и подчеркивая свежесть чуть смуглого лица.

— Мама, сегодня праздник какой-то? — Стоящая до этого с видом ожившей античной статуи мама неожиданно начала морщить нос.

— Что за шишка у тебя на лбу? Кошмар! Бегом приводи себя в порядок, выбери самый лучший свой наряд и не знаю как, но замаскируй свою красную ссадину! Приехал отец и с ним его старый друг. Даю тебе ровно двадцать минут! — После чего мама быстрой, но донельзя элегантной походкой уходит.

Вот черт! Никакого покоя нет.

Наскоро замаскировала свою шишку на лбу тональным кремом. С макияжем возиться не было времени и настроения, поэтому только подчеркиваю губы блеском.

По изящным плечам, полностью открытым за счет низкого выреза дорогого платья цвета спелой вишни, рассыпался водопад темных локонов. На шее красуется кулон в форме сердца, который мне подарили родители на первый юбилей. Никогда его не снимаю. Очень дорогое украшение. Красивое. А главное — памятное.

Образ идеальный. Чистый и невинный.

Спускаться по лестнице на высокой шпильке очень небезопасно, но… Мама постаралась и научила меня правильно ходить в такой обуви, когда мне едва исполнилось четырнадцать.

«Учиться этому искусству нужно для того, чтобы это выглядело красиво и, главное, безопасно», — говорила она когда-то.

Своей грациозной походкой прохожу вглубь гостиной и останавливаюсь. Замираю на месте и не дышу, потому что вижу уже знакомого мне мужчину, вальяжно сидящего на кожаном диване рядом с моим отцом. Это именно тот человек, в машину которого я въехала сегодня!

Накатившая усталость в момент отошла на второй план, а сердце понеслось в бешеном ритме, стоило мне столкнуться с острым взглядом этого мужчины.

Неконтролируемые мурашки проносятся по рукам, дрожат коленки, горят щеки и уши, перехватывает дыхание. Неприятно, когда волна паники накрывает меня как раз в тот момент, когда необходимо показать ледяное спокойствие.

Стараюсь изо всех сил не рассматривать этого бандюгана, что дается мне крайне тяжело. Бегло прохожу взглядом и замечаю, что он одет уже по-другому: вещи выглядят дорого и подобраны со вкусом. Черное поло обнажает его загорелую кожу рук и открывает вид на многочисленные татуировки. Выглядит красиво. Явно имеют весомое значение для него.

— Анфиса, здравствуй, — спокойным строгим голосом отозвался отец. — Какими судьбами к нам? Не смогла справиться с проблемами взрослой жизни? — все так же спокойно и чуточку надменно спрашивает.

— Папа, тут такая история вышла. В общем… Миша мне изменил, свадьбы не будет. Я у вас пару дней поживу, пока он вещи свои не соберет. — Задерживаю дыхание, наблюдая за реакцией родителя.

Долго, пронзительно смотрит отец, что-то раздумывая, а я, как идиотка, стою и смотрю на мать, притаившуюся рядом с отцом.

«Ну же, разряди обстановку, мама! Давай же!» — посылаю мысленные мольбы, но они не работают.

— На самом деле новость замечательная. Да, Руслан? — ласково спрашивает мама, положив свою ладонь поверх отцовской. — Нам он никогда не нравился. Подберем для Анфисы более достойную кандидатуру. — Звучит обманчиво уверенно.

В горле собрался тяжелый ком, а в глазах неожиданно защипало от бессилия. Я стою, словно на суде и жду своего приговора. Хотя ничего плохого не сделала.

Отец поднимается со своего места. Высокий и статный мужчина сорока пяти лет. Характер властный, местами даже жестокий. Его лицо напряжено до предела. В глазах огонь, который готов сжечь все на своем пути.

— Как этот выродок смог поступить так с моей дочерью?! Убью! — Папа вне себя. Он разъярен как никогда, и теперь мне по-настоящему страшно за жизнь Миши. Убьет же и глазом не моргнет!

— Отец, успокойся. Все же сложилось отлично, как ты и хотел, — несмело проговорила, продолжая смотреть на мать, которая в таких ситуациях могла успокоить его.

— Завтра же я сам лично выберу тебе подходящую кандидатуру, за которого ты выйдешь замуж в кратчайшие сроки. А твой Миша получит по заслугам! — отчеканил свой вердикт.