— Ох, ты! — крякнул Сержант. — Это уж очень неожиданно конечно. Что скажешь Кайден? — он обратился к командиру

Кайден смотрел на Тахира, который только что появился из мертвых и просто сейчас огорошил всех своей речью:

— За Устина и Радима я ничего не буду говорить, они пришли сюда по своей воле. А вот по поводу нас, это слишком неожиданно, мне надо порешать с Сержантом и Забрало. Надо подумать.

— Я понимаю, — спокойно ответил Тахир. — Подумайте хорошо, вас будет ждать богатство и слава и, самое главное, мир, который скажет вам спасибо, за то, что вы сделали. — Ну, а вы, Устин, Радим? Что скажете? — спросил он, переводя взгляд на них.

— Мы согласны! — ответил за Радима Устин. — На родных землях мы изгнанники, там есть те, кто должен понести наказание. Мы должны показать людям правду, — воин закончил говорить и, достав меч из ножен, преклонив колено, подал его Тахиру. — Я клянусь служить и защищать вас, Мастер. За весь путь, что мы прошли вместе, я слушал вас, видел, что вы делаете, ваша история, все это многое сказало о вас.

— Это хорошие слова, Устин, — Тахир поднял Устина за плечи. — Я рад, что вы согласились. Мы многое сделаем вместе. Все это только начало.

Кайден с Сержантом стояли снаружи храма, легкий ветерок приятно обдувал их. Они видели, как белые фигурки далеко внизу скользят по разрушенным улицам. Садди вышли на разведку по приказу их Господина. Сам Тахир стоял перед входом в храм и что-то рассказывал Шеду и Устину, Радима не было видно, видимо, отдыхал в храме.

— Что думаешь? — Кайден задал вопрос старому другу. — Как тебе внезапное возращение Тахира и его предложение?

Сержант хмыкнул на его слова, покачав головой:

— Даже не знаю, все это очень неожиданно, и то, что он сказал, про возвращение Семьи, вернуть былое, а еще и про Устина и Велиград. Это же будет война, а я на своем веку повоевал немало, служил разным правителям, — он вздохнул: — Как скажешь, так и будет, я пойду за тобой, куда угодно, ты же знаешь. Забрало, думаю тоже не будет против.

Кайден внимательно на него посмотрел.

— Мы свое дело сделали, можем взять награду и уехать. Наш отряд и так сильно уменьшился из всего, что произошло. Не горю желанием ввязываться снова, если честно. Вернемся в родные земли, поживем в достатке, ты хотел, вон, таверну открыть свою.

Сержант в ответ заулыбался.

— Да, я бы хотел, меч повесить на стенке, занявшись кухней. Чуть отдыха не помешает.

— Ну вот, видишь! — продолжил Кайден. — Небольшой отдых нам не повредит. Да и мало нас стало, может, в отряд кого поднаберем, ребят много встретим по дороге обратно. Там и присмотримся. Как думаешь?

— Было бы неплохо, — Сержант посмотрел на Тахира, который стоял уже один с Утином, Шеду куда то исчез. — Большие воины, большие беды. А Тахир не отступится от своего, тем более, Устин, если станет одним из его командиров, он получит блестящего тактика и человека, знающего Западные земли. И знаешь, что? — он повернулся к Кайдену. — Мне кажется, что Тахир слегка другой. Конечно, в настоящем виде мы его мало знали, но манера речи, как говорит, что-то тут не так.

— Даже не знаю, — командир тоже посмотрел на мага. — Я одно заметил точно, его глаза после его возвращения. Они стали черные, полностью. Ладно, может это все и неважно, откуда мы знаем, что произошло там внизу. Так или иначе, нам надо дождаться Забрало и потом уже решать все точно.

Вечером они развели костер, уже вне храма, Тахир сказал, что скоро храм станет символом возрождения Семьи и города, и он приложит все усилия, чтобы вернуть все, как было раньше. Потрескивали ветки, огонь горел, освещая сидящих людей

— Как твоя нога Радим? — Сержант проследил взглядом за ним, видя, с какой осторожностью садится возле костра Радим.

— Уже намного лучше, — ответил молодой солдат. — Про нее Тахир спрашивал. Сказал, что когда вернется Семья, то одна из его сестер поможет мне ее вылечить полностью. Говорит, она обладает даром врачевания.

Сержант недоверчиво качнул головой.

— Странно, конечно, слышать такое, не очень верится.

Устин, сидевший напротив Сержанта, улыбнулся.

— Скоро, действительно, все изменится. Много грядет изменений, и мы будем рядом с ними. Тахир сказал, что когда храм воссияет вновь, то тогда и вернется Семья. А ты как считаешь, Кайден? — он обратился к нему.

— Все, что связано с Тахиром, связано с чудесами, — Кайден подкинул сушняка в костер, отчего он ярко вспыхнул искрами. — Я не удивлюсь, что, когда мы проснемся утром, нас будут окружать браться и сестры Тахира.

— Да, это правда, — сказал Устин. — Что думаете про предложение Тахира? Останетесь?

— Пока ничего не можем сказать, — Кайден развел руками. — Мы хотели бы дождаться Забрало и все обсудить с ним. И тогда уже скажем.

— Скоро он вернется, — незаметно подошел Тахир, встал возле костра и посмотрел на сидящих мужчин. — И он вернется не один. Мои друзья, Садди принесли вести, они сюда идут. И поэтому, важно вернуть храм к тому виду, каким он был раньше, — он повернулся и посмотрел на силуэт здания, что скрывался в ночи. — Конечно, я не Акиф, я не могу сделать его прежним, но попробую.