— Неужели мужчинам обязательно тащить любовниц домой? — бормочу под нос, не ожидая, что меня услышат.

Казалось бы, логичный вопрос. Ну реально, гостиниц же туча. Выбирай любую…

— Не знаю, у меня и жена, и любовница — это одна женщина.

Водитель пожимает плечами и смеется. Замечаю на его руке обручалку, и становится немного стыдно.

— Да я в общем, — прикрываю рот рукой, чтобы ничего больше не ляпнуть.

И тут же вспоминаю образ Наиля в нашей постели. Но стоит прикрыть глаза, как ярким пятном вспыхивает перед глазами конверт. Обычный, белый, без надписей. Только красная восковая печать бросилась мне в глаза. И на ней инициалы И.М…

Переступаю порог дома. И мой взгляд упирается в тот самый злосчастный конверт… Рука сама по себе тянется к нему.

Внутри коброй сворачивается предчувствие чего-то нехорошего. Пальцы подрагивают, пока я распечатываю послание, и из-за этой самой дрожи конверт выскальзывает из рук, рассыпая по полу фотографии.

Падаю на колени и начинаю судорожно их собирать, особо не вглядываясь, что же там… Меня охватывает дикий ужас, причины которого я понять не могу. А потом взгляд цепляется за знакомое до боли лицо. Перестаю дышать.

Шум в ушах отключает меня от происходящего вокруг. Открываю рот в бестолковой попытке глотнуть хоть капельку воздуха, но из меня вырывается только сипение.

Темные волосы, щетина, выделяющиеся скулы и татуировка на руке. И массивное обручальное кольцо, за которое цепляется мой взгляд. Наиль при выборе гордо раздувался и говорил, что хочет, чтобы все знали, что он женат.

А теперь перед моими глазами его фото с другой…

Наиль… мой любимый, единственный и, как я думала… надежный. С какой-то бабой. Черно-белое фото. Они в постели… она сидит на его бедрах, и её пальцы зарываются в темные волнистые волосы мужа.

Как мои зарывались не один раз.

Другое фото. Они сидят в ресторане, и дама смеется какой-то шутке моего мужа. Виден ряд красивый ровных зубов. Наиль же прячет лицо за кружкой. Но они вместе… за одним столом.

Удар в грудь… или то сердце? Хочет выскочить, чтобы так не болеть?

Взгляд пытается сфокусироваться на лицах, в надежде, что я ошиблась, что это не Наиль. Кто угодно, только не мой муж! Но все застилают слезы. Много слез.

Боже, я не помню, когда у меня из глаз лился такой поток! Как будто где-то прорвало невидимую трубу, и теперь я утопаю в собственных рыданиях.

Всхлипываю. Некрасиво так. Жалобно. Растираю влагу вместе с макияжем по лицу и отбрасываю фото подальше.

— Боже… Боже, — вцепляюсь в волосы и тяну их, опускаюсь на пушистый ковер.

Боль пронзает каждую волосяную луковицу, а я вою как раненая псина, которую сбили на трассе.

Не успеваю перевести дыхание. Телефон взрывается входящим. Онемевшими пальцами нащупываю мобильный на столике и всматриваюсь в номер. Цифры… непонятно, кого я услышу на том конце?

Медлю. Не уверена, что мои губы в состоянии будут произнести даже простейшее «Алло». Но звонок повторяется, и только чтобы не слышать назойливый рингтон судорожно провожу по экрану.

Подношу к уху, перестаю дышать. Кого же я услышу на том конце…

— Марина?

Это она. Подсознание уверенно твердит, что это та самая дама с фото. Та, которая спала с женатым мужчиной. Которая сейчас своим звонком влезает в семью. Чужую семью…

— Слушаю, — умение при посторонних держать эмоции в стрессовых ситуациях под контролем играет на руку.

И голос звучит максимально спокойно, пока внутри все рвется на части, разметая ошметки.

— Меня зовут Ирина, я любовница вашего мужа. Наиля.

Губы искажает кривая усмешка.

«Любовница. Любовница. Любовница…» — стучит молоточками в висках. Любовница. ВАШЕГО. Мужа.

— И зачем вы звоните мне? — до боли прикусываю подушечку пальца.

Главное — не сорваться. Не показать стерве, как же больно сейчас. Не обрадовать тем, что я умираю внутри.

— Хотела поставить вас в известность, что Наиль вас обманывает.

Сглатываю желчь и делаю глубокий вдох. Только бы не стошнило.

— Спасибо, это очень мило с вашей стороны.

Боже… неужели я умею так? Умею. Так. Разговаривать? Когда внутри творится настоящий хаос…

— И это все? — девушка на том конце будто бы теряется.

Она ждала от меня истерики? Скандала? Рассчитывала, что я крикну в трубку, чтобы она забирала моего мужчину?

И тут до меня доходит простая истина: именно на это она и рассчитывала! Ждала! Именно для этого и позвонила.

Хлопок двери заставляет вздрогнуть.

— Извините, мне пора идти готовить ужин моему мужу, — вкладываю в голос столько любезности, что скулы сводит от ненатуральной улыбки.