— Я копии отчётов глянул: и впрямь странное. Мороз на улице, дубак, а что мальчишка, что алкаш, что эта вот девчонка — без курток, без шапок-шарфиков. С алкашом-то всякое могло быть, а у мальчишки и девушки верхняя одежда при себе была, и шапки были, и перчатки. Всё рядом нашли.

— Умерли от чего? — теперь Бьёрн выглядел по-настоящему заинтригованным.

— От переохлаждения и умерли. Никаких признаков криминала. Глянешь на это место? Вот чую я: неспроста. То ли маньяк какой хитрый объявился, то ли что-то по вашему профилю.

— Гляну, — кивнул Бьёрн. — А ты, ученик, со мной?

— Конечно!

— Вот и ладно, — с облегчением вздохнул лейтенант. — Позвони потом, ладно? А мне на работу надо — перерыв-то уже кончился.

— Копии отчётов скинешь? — спросил Бьёрн.

Бабушкин остановился в дверях.

— Не стоило бы… а, ладно, скину! Только ты никому — хорошо? И ты, — он повернулся к Руслану.

— Да не боись, — хмыкнул Бьёрн. — Прочтём — и забудем.

Лёха кивнул и ушёл работать.

— Поехали! — велел Бьёрн.

До нужной остановки ехать пришлось с пересадкой. Сначала на трамвае до вокзала, потом на маршрутке к городским окраинам.

В синих зимних сумерках остановка выглядела печально и чуток жутковато. Кругом высились сосны, а сугробы вдоль дороги кое-где были Руслану по пояс. Он поёжился.

Бьёрн дождался, пока вышедшая с ними старушка бодро утопает по еле заметной тропинке в лес. Если присмотреться, то там, вдалеке, мигали огоньки и светились окна одноэтажных домиков — частный сектор. Здесь же только покосившийся навес над остановкой да одинокий фонарь напоминали о существовании цивилизации. Руслан невольно задумался о том, каково это — выживать зимой в дикой природе. И снова поёжился.

— Так, — сказал Бьёрн, — недострой вижу.

Руслан развернулся. На другой стороне дороги темнела громада недостроя — не то большой дом, не то гостиница.

— Пошли.

Они перешли дорогу. Как ни странно, ничего сверхъестественного Руслан не заметил. Бьёрн, судя по всему, тоже: наставник внимательно вглядывался в сами развалины, в лес вокруг, но, кажется, ничего подозрительного не видел.

Надо подойти поближе.

— Погоди.

Руслан замер на полушаге. Бьёрн вытащил нож и начертил в воздухе несколько знаков. Они вспыхнули белым, голубым и синеватым, но тут же погасли. Бьёрн начертил новый знак — тот завис, разбрасывая белые искры.

— Интересно, — пробормотал наставник.

Руслан вглядывался в знак до рези в глазах, но не сумел его опознать. Вокруг по-прежнему было тихо. Совсем не так, как в городе. Почему-то от этой тишины стало не по себе.

— Хм, — Бьёрн спрятал нож и повернулся к ученику, — очень интересно: по всем косвенным признаком тут должна быть тварь и притом огромная. Но я её не вижу. И знаки не показывают, где она. Ты что-нибудь заметил?

Руслан помотал головой.

— Ладно, тогда вернёмся завтра. Я как раз кое-что нужное найду. Ну и порасспрашиваю знающих людей.

Домой Руслан вернулся поздно. На кухне ждал тёплый ужин и записка от родителей, а сами они ушли в гости.

Неудобный гипс неделю назад заменили на эластичный ортез, и Руслан с нетерпением ждал того дня, когда его рука совсем освободится. Каждый день делать упражнения и обходиться в быту одной левой он уже почти привык, но вернуться к нормальной жизни хотелось невероятно.

Руслан поужинал и лёг спать. Перед сном долго размышлял о том, кто же или что убивает людей в том заброшенном здании, но ничего так и не придумал.

18 января

Следующим вечером они с Бьёрном приехали на Пятый километр часов в девять. На остановке было ещё холоднее, чем вчера. На скамейке под навесом сидели три человека: пара нетрезвых парней и недовольная женщина в длинной норковой шубе.

Руслан огляделся, зябко переступая с ноги на ногу, и сразу же заметил неяркий свет с той стороны, где стояла заброшка. Странно. Руслан встряхнулся, зажмурился и снова посмотрел в ту сторону.

— Видишь? — шепнул Бьёрн.

— Ага.

Один из парней поднялся со скамейки и, слегка растягивая слова, сказал приятелю:

— Пошли туда, слышь. Там кафешка. Греться будем. А то я смёрзся!

Второй проворчал:

— А тут автобус придёт.

— Нету автобуса. Нету! — парень смачно выругался.

Женщина неприязненно покосилась на них и отошла. Глянула в сторону светящейся заброшки и решительно зашагала туда.

Руслан и Бьёрн тут же пошли следом. Парни остались препираться на остановке.

Вместо заброшки уютно светило огромными окнами-витринами кафе. В витринах виднелись стеллажи с заманчивыми тортами, кексами, круассанами и пирожными.