— Про счастье у них сам спросишь.

— Сомневаюсь. Разговор не о них. Я не против с тобой переспать. Раз уж не хочешь истинный облик мне показать, то тогда следующее предложение: выходи за меня.

Девушка передо мной, ранее скрестившая руки, хлопнула себя по лбу и спросила:

— Ты ничего лучше предложить не мог? Я в курсе, что ты сделал с сотню предложений брака своей четвёрке, но иди в пень, а? Это уже за гранью.

— Ну, с кем-то мне же должно повести. И не сотню. Кире я сделал в сумме двадцать два предложения, хотя серьёзно два. Файнберг — восемнадцать, Кристине — четырнадцать, Алле — восемьсот два.

— Да ты поехавший!

— Но серьёзно в сумме семь раз. И один из этих раз тебе. Извини, без кольца, так как не знаю размеров, но могу дать ожерелье. Я в курсе, что ты, как Кира, шмотница.

Девушка не ответила, она открыла коробку, которую я протянул. Там была тонкая серебряная цепь с чёрными обсидиановыми фигурами черепашек. Глаза тётки заблестели, но явно пересилив себя, она положила коробку в сторону.

— Конечно, нет! Я не выйду за тебя.

— Тц, 857 отказов и 7 серьёзных.

— Да ты извращенец и псих! Кто за тебя… — начала девушка, сменив облик на Аллу, что немного ударило меня по больному. Но неожиданно осеклась. — Ладно. Ха, я знаю, на ком ты женишься, по мнению видений Киры, но никогда тебе не скажу.

— Чисто логически, это Плакса. Но я не собираюсь идти по ритуалам Киры. Но у тебя есть последний момент, только эту ночь я буду в этом облике, затем я брею всё налысо.

— А мне-то что? — попыталась не отреагировать девушка, но её вариант Ш.А.Г. мигнул.

— Ну, во-первых, эта бижутерия, — я показал на обсидиановых черепашек, — тебе в подарок, если покажешь мне истинный облик. Во-вторых, я больше не скажу и слова, пока ты этого сама не захочешь. А так же я больше не буду тебе предлагать брак.

— Согласна, — согласилась девушка и превратилась в девушку около 160 сантиметров роста с грудью четвёртого размера и удивительно белоснежной кожей и очень короткими волосами. — Доволен?

— Примерь ожерелье, кажется, оно подойдёт идеально, а потом быстро закончим и каждый в свою сторону, — произнёс я и отвернулся. Выждав момент, когда прозвучит щелчок замочка цепочки, я повернулся. — Кстати, знаешь, что мой отец получил свою единственную государственную премию за изобретение…

— Да, все сверхи в курсе. Блокиратор способностей. Это что такой же?

— Нет, конечно. Версия отца сглаживала резонанс, подавляя всего на два уровня. Версия Адама на три. Эта после анализа сигналов, реагирует лучше. Забавно, но почему ты не снимаешь? Я думал, что ты сразу отбросишь этот аксессуар в сторону.

— Я в своём истинном облике, так что мне ин…тересно, — девушка запнулась. Неожиданно она стала выше. Очень сильно выше. Ровно до того роста, который ранее она достигала на платформах: минимум 190 сантиметров. После этого она подошла к зеркалу, цвет её глаз и ужасающе длинных волос, волочащихся за ней, несколько раз поменялся, после чего она удивлённо спросила. — Ты же не шутишь? Это мне не снится? Куча сверхов за такое убьёт от радости или ненависти.

А вот я удивился сильнее. «Владимир Макаров» уже протестировал этот прибор по своим каналам.

— Это ты прикалываешься?

— О чём ты?

— Такой неуклюжий седьмой уровень?

— То есть я упала не на третий, а на первый?

Мне надоели эти вопросы, когда мы не слышим друг друга, и я сказал:

— Да. Мой блокиратор вырубает шесть уровней стабильно после периода анализа волн объекта, судя по отчёту тестов. Так, похоже, что ваш пансион не просто собрал случайных сверхов. Директриса отобрала потенциальных седьмых, да?

— Да. Но с таким устройством Файнберг или меня не пришлось бы прятать в тайгу.

— Знаешь, ты начинаешь меня пугать. Ты только что подтвердила явно большой секрет.

— Да и по хрен. Всё равно я со своим уровнем ни в одну структуру не нужна из-за моих плохих знаний языков и плохой актёрской игры.

— Седьмой ранг, который не нужен? Бред. Во-первых ты сказочная красавица. Во-вторых, твоя внешность, — начал я, смотря на две отличительные черты размером больше моей головы. Но мозг перестал улавливать связь для комплимента, словно кровь ушла вниз в сторону более важного органа. — Ты её сама видела?

— Куда мне до милашек типа Киры или Аллы? Это же твой типаж? Что ты тут пытаешься… что с твоим взглядом?

— Неважно. Кстати, для меня милашки все пять с кем я переспал. Алла и Файнберг брали эмоциями, Крыска — живчик, а Кира — маленькая жадина. Всё это мило. Нет общего типажа, и ты, пятая, возможно и есть предел мужских мечтаний.

— Алло, смотри в глаза, когда с тобой говорят, — раздалось откуда-то выше.

— Ага, — сказал я, а рука сама собой потянулась проверить: морок или нет?