– Да чего там узнавать? У тебя на столе вечно книги нараспашку, вот я краем глаза и прочитал совершенно случайно, что ты мастером этим интересуешься. Нет, не подумай, я не собирался твои секреты узнавать. Просто ты сам заставлял меня читать при любой возможности, чтобы научиться. Вот я и читал всё, что видел. Это было… как его… Случайное стечение обстоятельств, вот что это было.

– А про то, что я в столицу собираюсь, ты тоже при помощи случайного стечения обстоятельств узнал?

– Ну да, именно так всё и было. Если ты хотел это скрыть, зачем записи на столе нараспашку держал и книги искал про эту вашу благородную школу? Ну чего ты так на меня уставился? Моё дело читать, так что не смотри на меня так. Сам заставлял читать, вот сам и виноват, я тут вообще ни при чём.

Нехорошо глядя в честнейшие глаза Бяки, я сокрушённо покачал головой:

– Ладно… потом это обсудим. Хотя, что с тобой обсуждать… Неисправимый… Докладывай давай: что с Камаем?

– Ты не волнуйся, никто его не украл. Я отсюда только один раз уходил, за твоими эликсирами. Но оставил этих болванов здесь, вместо себя. Так что мы тут строго следим, и мимо нас никак ничего не украдёшь.

Я снова покачал головой. Да уж, Бяка воистину неисправим. Чуть что, сразу на тему криминального отчуждения имущества переключается.

– Вообще-то я насчёт его самочувствия интересуюсь. В себя не приходил?

Бяка состроил изумлённую гримасу:

– Чак, тебе надо зелье для улучшения памяти выпить. Ты всё забываешь. Да как же ему в себя прийти, если лекарь его специально сонным держит. Сказал, три дня будет через трубку кормить, а там посмотрит. Не спрашивай, на что он смотреть собрался, просто говорю, как услышал. И ещё он говорил, что не только в голоде дело. И не в жажде. Камаю ещё и мозги как-то ковыряли. Наверное, хотели про тебя что-то выяснить, а он этого не хотел.

Да уж, всё, как я уже слышал. Теперь можно смело идти в Лабиринт, без меня Камай точно не поднимется.

– И ещё тебя тут спрашивал мерзкий южанин.

– Что за южанин?

– Ну… такой, весь нехороший. У него вместо лица хитрое-прехитрое седалище. Знаю я таких людей, у них трудно воровать.

– Хит Эр Зоппий, что ли?

– Да, он. Просил тебя сразу к нему идти, как только появишься.

– Ладно, придётся сходить, – сказал я, и почти развернувшись, вдруг поймал ещё одну мысль, скребущуюся на периферии сознания: – Бяка, а как ты возле третьего поста очутился. Кто тебя пустил так далеко от входа?

– А кто меня остановит? – удивился приятель.

– Так на посту и остановят. Здесь вообще-то закрытая зона, кого зря не пускают.

– Так я же не кто зря, у меня пергамент есть особый, чтобы ходить везде.

Подивившись тому, что Бяке выписали столь серьёзный документ, я вновь начал разворачиваться, и снова замер, указывая на говорливую парочку:

– А этих великих интеллектуалов кто пропустил?

– Так у них тоже особые пергаменты есть, – спокойно ответил Бяка.

Строго охраняемый имперский объект и вдруг пергаменты-пропуски для каких-то непонятных дезертиров, заявившихся с восточной окраины Равы… Тут уж до меня окончательно дошло, что дело нечисто.

– А ну показывайте свои пергаменты. Живо!

– Конечно, молодой господин.

– Как скажите.

– Вот мой пергамент.

– А вот мой.

– Красивый пергамент.

– Отличная телячья кожа.

– С печатью.

– Печать красивая очень.

– Выглядит, как настоящая.

– Даже лучше настоящей.

– Чтооооо?! – чуть не подпрыгнул я. – Бяка, ты сделал этим бестолочам фальшивые пропуска?! Да что ты творишь, упырь лесной?! Совсем страх потерял?!

Воровато озираясь на пост тюремной охраны, Бяка приглушённо ответил:

– Тише ты, тише! Чего разорался?! Вот зачем так нервничать из-за какой-то ерунды? Подумаешь, чуть-чуть пергамента для полезного дела отмотал. Никто его здесь не считает. Оно моё, всё нормально.

– Бяка, да тебя убить мало! Я, между прочим, ручался, что с тобой проблем не будет!

– Так со мной и нет проблем. И хватит уже голос повышать. Я, между прочим, нашёл эликсиры, которые ты просил. Очень даже недорого достались. Считай бесплатно. Но извини, больше у этого барыги я ничего покупать не смогу, так и знай.

– Ты что, чёрный рынок тоже обокрал?! Как и своих начальников?! Ах ты упырь ненасытный!

– Ну что за предрассудки? И почему сразу обокрал? Немножко пергамента и немножко чернил взял для важных дел. Бумаги тоже немного взял, а то они совсем её не считают, куда попало расходуют. Нельзя так моим добром разбрасываться, обнаглели в край. Не обеднеют, не переживай за них.

– Ага, это ты на допросе рассказывать будешь, вон там, – я указал себе под ноги. – Устроил под боком императора преступно-диверсионную группу с поддельными документами…