Шрифт:
Всё слишком далеко зашло. И теперь я ей точно не верю.
«Молодец. Тогда заказывай номер и возвращайся к родителям».
Ночь в тропиках была для меня в новинку. Я лежал на крыле небольшого гидроплана, смотря на звёздное небо. В Краснограде таких ярких светил не было. Всё как-то блёкло. Но я это понял только сейчас, когда увидел нечто иное.
«Да, всё познаётся в сравнении».
Воистину.
Пробежавшись по острову, наша команда заказала одиннадцать номеров. Пускай Охотники, если они уже проследили за нашим полётом, попробуют понять, где именно мы прячемся.
А по факту, мы дождались темноты в гостиницах и тихонько сбежали на южное побережье, где нас уже ждал зарезервированный на «левое» имя самолёт. И теперь родители покоились в салоне, а зеленовласка решила встать на стрёме, бродя где-то во тьме по песчаному пляжу.
— Влад? — наружу выбрался отец. — Ты спать не идёшь?
— Пока нет, — я улыбнулся в ночную тьму. — Как-то не хочется.
— Понимаю, — он кое-как взобрался ко мне и посмотрел на море, чьи волны плескались под нами. — За всё время никуда так и не выбирались всей семьёй, — горько усмехнулся. — Кто же мог подумать, что всё настолько перевернётся.
— Это да, — вздохнул я и взглянул на него. — А тебя дед куда-нибудь вывозил?
— Дед? — отец задумался. — На самом деле он был несколько скрытен. Я бы даже сказал, зажатым. Ты совсем его не помнишь?
— Нет, — покачал головой. — У меня сейчас столько мыслей, что вырвать оттуда какую-то старую будет очень сложно.
— Понимаю, — ухмыльнулся он. — Бывало такое.
На пару секунд повисла тишина.
— А что потом, Влад? — первым нарушил её мой родитель.
— То есть?
— Ну вот добудем мы артефакты. Что потом? Отдадим Романову?
— Не знаю, — честно признался я, присел и покосился на джунгли за спиной, где у костра виднелась одинокая фигурка «медсестрички». — Но обсуждать это здесь не стоит.
— Да, — кивнул папа. — Просто хотелось бы понять, чего император истинно желает? Помочь нам или...
— Или, — перебил его я. — Ты же знаешь этих аристо. Они готовы втоптать в грязь любого, кто встанет у них на пути. Либо просто не понравится.
— Да-а-а, — печально протянул он. — Магия для них многое значит.
— Они ею упиваются, но при этом даже сами не замечают, как погрязают в собственной грязи. Наш мир не развивается из-за закостенелых богачей, которые, благодаря магии, живут дольше и в сладость. А обычный люд... ты и сам прекрасно знаешь.
— А ты ещё видел Трещины, — напомнил отец о жутком походе в мир Теней.
— Да, они грозят нашему миру. Если ничего не изменить, то мы рухнем в Средневековье с монстрами и драконами. Вот только это будет не романтический эпос, а тотальный геноцид человечества.
— Как-то слишком жутко.
— Так мне сказала Тень Никиты.
— А ты уверен, что это была именно его Тень? Всё же ты упомянул, что она спятила.
— Да, это его. Нашего родственника нет в живых на этой земле. Поэтому догадки императора неверны.
— Однако же кто-то стоит за теми Охотниками. И кто-то очень властный.
— Да, — вновь согласился я. — И мне кажется, что совсем скоро мы с ним встретимся.
Глава 21
Мотор рычал так, что закладывало уши. Я смотрел в иллюминатор и любовался океанским простором. Родители расположились в кабине пилота, а вот «медсестричка» сидела прямо напротив меня.
— Боишься? — спросила она, поймав мой косой взгляд.
— А стоит? — хмыкнул в ответ. — Просто опасаюсь, как и любой нормальный человек.
— Да-а-а, — протянула бывшая Охотница в чёрном облегающем костюме...
«Опять тебя не туда заносит, человек,— рассмеялась в голове Тень. — Но да, здесь я с тобой согласен. Ей очень идёт».
Отвали.
«Фу, как грубо. Я же на твоей стороне. А вот она... может быть со всех сторон. Смотря, как положишь».
Сейчас не до этого.