— Будет здорово, если попадём в одну группу, да?! — с надеждой гаркнул Исама.

— Хоть бы, хоть бы… — пробормотал я и вышел из туалета. — Приготовь мне завтрак, пока я наведаюсь в ванную.

Исама с готовностью кивнул.

— Что ты хочешь?

— Что найдёшь на кухне. Всё равно.

Никогда не привиредничал в еде. Привык радоваться, если вообще нашлось, что пожрать. Бывали недели, когда приходилось обходиться консервами, а то и вовсе добывать пищу в лесу. Так себе удовольствие. А теперь, когда мне остался лишь вкус, без запаха, вообще без разницы. Тем более, ничего особо отвратительного в местной кухне я пока не обнаружил.

Скрывшись в ванной, я на мгновение задержался у большого, почти в полный рост, зеркала. Это тоже был ежедневный ритуал. Я должен был убедиться, что не сплю, что у меня действительно новое тело. Что всё идёт по-прежнему.

Белые волосы, брови, ресницы и бесцветные глаза. Повезло так повезло. В этом мире черноглазых брюнетов я был настоящей белой вороной. Большинство жителей Империи отличались вежливостью и старались делать вид, что не замечают моей исключительности, но иногда попадались и любители подколоть альбиноса. Я не обращал внимания. Не в том возрасте был уже. Вот только здесь принято не спускать оскорбления. Иначе общество тебя исторгнет. А становиться изгоем в мои планы не входило от слова совсем. Так что грубиянам пришлось расплатиться за свои шуточки парой-тройкой сломанных рук. Пусть здесь все с детства занимаются мордобоем, я тоже не с золотой ложкой в жопе родился. Да и профессия была соответствующая. Плюс, как выяснилось, Кенджи добрался до уровня Просвещённого — спасибо ему большое. Не Бог весть, какое достижение, но с нуля я бы в этом мире вообще никогда не поднялся нормально. Так и плёлся бы в хвосте.

Забравшись в душевую кабину, я открыл тёплую воду. Постояв под ней немного, сделал погорячее, а затем переключил на холодную. Контрастный душ. Очень бодрит.

Почистив зубы, я вытерся большим полотенцем и, накинув халат с демонами, мечами, облаками и змеями, доставшийся от отца, вышел из ванной.

Исама уже поджидал меня.

— Всё готово, — объявил он. — Можно с тобой позавтракать? Я не успел.

— Так торопился разбудить меня? — усмехнулся я.

— Ага!

— Наказать бы тебя, скотину суетливую. Ну, да ладно. Раз уж ты приготовил… Что это, рисовые колобки?

— Да. И маринованные овощи. Пойдёт?

— В самый раз. Чайник поставил?

— Да, но он ещё не закипел.

Мы уселись на кухне напротив друг друга и взяли палочки. Честно говоря, в своё время потратил три дня, чтобы научиться и наловчиться ими пользоваться. Но тут, как с кроватью, извернуться не удалось: делать вилки я не умел, да и не из чего было, а в Империи такого столового прибора в заводе не было. Так что, или палочками, или руками, или ложкой. Но я решил, что надо привыкать. И потом, ни к чему, чтобы Кенджи вдруг стал слишком выделяться. Хватит и кровати. Местные-то все спали прямо на полу, подстелив матрасик. А вот квадратные подушки я заценил. Правда, на них можно почивать, только лёжа на боку. Но это ничего. Зато шея никогда не болит.

— Ты уже слышал? — спросил, отправляя в рот смоченный в соевом соусе колобок, Исама.

— О чём?

— Об Императорской амнистии.

— Нет. С чего вдруг? Вроде, никаких больших праздников не предвидится.

Исама аж поперхнулся.

— С ума сошёл?! Как это не предвидится?!

— А что?!

— Так ведь рождение наследного принца!

— А он уже родился? — я немного растерялся.

Большинство местных традиций всё ещё оставались для меня загадкой. Особенно по части государственных праздников.

— Конечно! Сегодня в пять часов утра! По всем каналам только об этом и трубят!

Я кивнул.

— Ясно. Здорово.

— Ещё бы! Такое долгожданное событие! Наследник Его Величества! Династия не прерывалась уже больше двух тысяч лет. В общем, объявлено, что каждому верноподданному будет выплачено единовременной пособие, чтоб было, на что отпраздновать рождение принца. До конца месяца. А, да! Сегодня в полдень салют! Имперский флот войдёт в гавань и даст залп из двухсот орудий. А затем…

— Извини, — перебил я. — А что там с амнистией?

— О, конечно! — спохватился Исама. — Тебя именно это должно, прежде всего, интересовать. Я понимаю. Сказали по телику, что выпустят всех, кому осталось сидеть меньше десяти лет. Вот обидно тем, кому осталось одиннадцать, прикинь!

То есть, моего «папашу» должны были выпустить в ближайшее время! Вот так сюрприз. Ну, спасибо её Императорскому Величеству, удружила со своим наследничком. Как-то не был я готов к встрече с отцом. Нет, ничего сентиментального или там страха. Он ведь мне и не родственник даже, так-то. Но встреча с Орочи Исикавой означала встречу с кланом якудза. Потому что я очень сомневался, что родитель Кенджи прочил сыну судьбу обычного вояки. Нет, все знали, что кланы якудзы так и норовят внедрить своих людей везде, где только возможно. Ты мог быть артиллеристом, чиновником или музыкантом, но оставался якудзой. От этого просто так не уйдёшь.

— Словом, я тебя поздравляю! — подлил масла в огонь Исама. — Наверное, волнительно будет встретиться с отцом спустя столько лет.

Я аккуратно положил рисовый колобок обратно на тарелку.

— Да, Исама. Наверняка.

Помыв посуду, я надел белую шёлковую рубашку, чёрный костюм с высоким глухим воротом и кожаные ботинки с мягкой толстой подошвой. Перекинув через плечо сумку, кивнул Исаме:

— Ну, что, пойдём?

— Ага, — тот закинул в рот мятную пастилку. — Самое время. Хорошо, чтоя тебя разбудил, а то опоздал бы.