Это типа я "гадкий кузнечик"?

Вопреки моим страхам, девочка не пошла в мою сторону, а решительно развернулась и направилась к левой половине скалы.

— Ля-ля-ля! — снова запела она. — Вилка — молодец, кузнечик — гадкий! Убили дракона! Убили дракона!

Ее голос постепенно удалялся, а я так и продолжал сидеть с заклинившей в нижнем положении челюстью. В том, что у девочки не все дома, я нисколько не сомневался. Осталось понять, где сейчас находятся мои собственные родители.

Может я реально цветов нанюхался? Скрытый дебафф?

Или это грибы виноваты?

Ну уж нет, так просто я тебя не отпущу!

Я вскочил на ноги, слегка пригнулся и двинулся вслед за ней, прячась то за цветами, то за грибами. Тузика пришлось отозвать — тут бы самому не спалиться.

Девчушка достигла того места, по которому я отказался идти и уверенно двинула в сумрак.

Ну и ладно, никто не против. Тебя сожрут первой, а мы успеем ноги сделать.

— Ля-ля-ля! Ля-ля-ля! Вилка всех спасет!

Угу, и ложка тоже. И еще чашка с кружкой, они вообще известные бойцы.

Я продолжал следовать за ней и прятаться, теперь уже за скалами, попутно слушая ее бессмысленную околесицу. А она все шла, и шла вперед, даже не оглядываясь. Уже закончились цветы, полностью исчезли моланчики, и только редкие одинокие грибы продолжали тускло освещать дорогу.

Коридор снова сильно сузился, и в какой-то момент почва на тропинке из каменистой превратилась в рыхлую и влажную. В точности такую же, как на поляне, где водился моргуз.

— Грязнулька! Вилка теперь грязнулька! — девочка внезапно остановилась и растерянно посмотрела на свои испачканные гольфы.

Все, подруга? Путешествие в сумеречную зону окончено? Возвращаемся к бабушке стирать носочки?

Она постояла в луже с минуту, словно размышляя, стоит ли ей развернуться обратно, а затем решительно произнесла:

— Гадкого кузнечика надо наказать!

И опять пошлепала вперед, прямо по грязи.

Вот ты упорная!

Или упоротая?

Дождался, пока она отойдет подальше и снова начал красться за ней. В отличие от безумной особы, я старался держаться ближе к скалам, там, где под ногами еще оставалась твердая почва. Может быть здесь и нет моргузов, но проверять это на себе я точно не собирался.

Но какая смелая, а? Слабоумие и отвага, причем в самом прямом смысле.

А может она просто хорошо знает маршрут?

— Вилка всех спасет! Вилка — грязнулька! Ля-ля-ля! Ля-ля-ля!

До меня внезапно дошло… Это ведь она себя называет "вилкой"!

Мда… Крайне тяжелый случай.

Примерно через десять минут, грибы совсем исчезли. Меня снова окружила ненавистная тьма, и нужно было что-то срочно предпринимать. Идти без света становилось опасно, а фонарь я спрятал в камнях позади, поскольку в этом сумраке он бы сразу меня выдал.

А вот у девочки-дауна такой проблемы не было. Пока я размышлял, что делать, ее голосок медленно таял вдалеке, как и песенка, что несла в себе очень глубокий смысл:

— Вилка — молодец, только грязнулька! Кузнечик — гадкий, гадкий! Ля-ля-ля!

Короче. Мне нужен Тузик, иначе никак.

Призвать питомца!

Слияние со слугой!

Мир остался сумрачным, поскольку в этом месте не оказалось ни одной живой души, и даже пресловутых угольных червей. Хорошо, что хотя бы дорога впереди не ветвилась, и заблудится было просто невозможно. Буквально через пару сотен шагов я уперся в сплошную гранитную стену.

И куда она делась?

— Ля-ля-ля! — донеслось откуда-то справа, будто изнутри скалы.

Ага, нашлась.

Стараясь не шуметь, насколько это вообще было возможным, я двинулся вдоль скалы на голос, и спустя десяток метров обнаружил крупную вертикальную трещину, уходящую прямо вглубь камня. К счастью габариты Тузика позволяли в нее пролезть, а потому трудностей с попаданием внутрь у меня не возникло. Но едва я прополз пару метров вперед, как мои чуткие уши наполнились знакомым ультразвуком.

Опять сверчки-людоеды?

Может они ее уже сожрали и нет смысла идти дальше?

— Ля-ля-ля!

Вот же живучая, мелкая гадина!

Шаг, второй, третий… Сердце колотится, как ненормальное; проход становится чуть шире, и я вижу огромную полость внутри скалы, облепленную красными светящимися точками. Это как угольные черви, только каждый отдельный огонек намного крупнее, размером с домашнего таракана. Маленькие убийцы неторопливо ползали по стенам, так что мне удалось рассмотреть рельеф этого места. Оно очень напоминало полянку с мертвяками возле моей берлоги, только намного меньшую, не больше двадцати метров в диаметре.