— Сбегай к отделению тяжелых на северо-западной башне, покажи им и передай мой приказ. В первую минуту работают по ней, затем возвращаются к остальным целям по порядку. Ясно?

— Так точно, сэр! — солдат намотал ремешок бинокля на руку.

— Выполнять!

Он вернулся как раз к прибытию посланника. Тот оказался обыкновенным мужчиной, с давно не бритым лицом и шрамом под глазом. Носил он короткий, светлый и хорошо заметный плащ, под которым скрывались пыльная дорожная одежда и короткий клинок. Не спрыгивая с лошади, он покопался в одной из увесистых сумок, навешанных на лошадь, и вытащил короткую трубку.

— У меня сообщение для графа Рэя Мори! — громко и отчетливо прозвучало вокруг. — Он сейчас в замке?

— Он не может выслушать вас, посланник, — хмуро ответил капитан, стоя прямо над воротами и тоже чем-то усилив голос. — Можете рассказать здесь и сейчас, если это не секретно.

— Да будет так! — словно подвел итог переговорщик. — Мой, пожелавший остаться безымянным, господин предлагает вам сложить оружие и сдаться на его милость. Иначе он все равно возьмет замок и вырежет всех, кто уцелеет и не захочет стать рабом!

— Пусть катится в соленые пучины! — немедленно ответил капитан, стиснув рукоятку меча. — Мы прекрасно знаем, что он делает со сдавшимися! Вот они, позади стоят!

Пока шли переговоры я, не вытерпев, заглянул во двор замка. Шутник не врал, оттуда и впрямь пованивало. Ночью как-то не заметил, ошалев от происходящего. Но меня интересовали совсем не запахи, а укрывшиеся за стенами жители и торговцы, не захотевшие драться за собственную шкуру. Или в том была их задача.

У ворот стояла пара стражников с готовыми к бою копьями. И, что подозрительно, рядом с ними как-то слишком уж близко устроилась пятерка крепких парней, в много раз штопаной грубой одежде. Пока четверо как бы невзначай поглядывали на настороженную охрану, последний лениво рассматривал края стены. Мы столкнулись взглядами. Неожиданно для обоих.

Рука сама собой потянулась к автомату и ухватила цевье. Парень же резко опустил голову, что-то бросив в сторону. В черепушке забил тревожный набат, эхом отражаясь от костей и усиливая самого себя. Но я ошибался. Сейчас угроза шла совсем не оттуда.

Со стены, там, где стоял капитан, раздались грубые выкрики и приказы. Разумеется, я отвлекся на происходящее и, быстро подойдя к другому краю, успел застать неожиданную картину. Для этого мира. Посланник решительно мчался к воротам, игнорируя приказы остановиться. Он даже чуть лавировал, уклоняясь от редких арбалетных болтов! Сперва показалось, что мужчина хочет размазаться о крепкие створки, но реальность оказалась куда веселее.

БУХ!

Вздрогнула каменная кладка. Ворота заволокло пылью и крошкой, застучавшими по всем вокруг. По ушам звонко вдарил громкий и резкий хлопок. Меня и всех вокруг отбросило в сторону, кто-то из стражников вообще улетел вниз, во двор. Повалившись на грубый камень, я заорал единственное подходящее слово. На английском.

— ОГОНЬ! — глухо донесся мой собственный крик.

Всей мощи легких, брошенной на одно короткое слово, хватило с избытком. Оглушенные бойцы получили долгожданный приказ и вжали спуск. Шестидесятые звучали как-то невзрачно. Тем более через забитые взрывом уши. Будто кто-то упорно пытается завести машину, а та лишь обиженно стучит двигателем. Вот крупный калибр чувствовался куда лучше — звонко, хлестко, с чувством, толком и расстановкой.

По каске со свистом прошелся осколок, да и вообще по форме забарабанили падающие обломки стены. Нужно встать. Тут парни уже воюют, а я еще валяюсь! Даже то отделение, рядом с которым я стоял, выдавало короткие прицельные очереди. Раньше бы так и остался, но сейчас мне стало стыдно.

В глазах порядок, только щиплет немного пыль. Я быстро, морщась из-за отбитого бока, поднялся на колено и подполз к своим. Автомат оказался в руках будто сам собой. Шершавый пластик придал уверенности в себе, и я, в первую очередь, взглянул на свои позиции.

Третье отделение — цело, оба пулеметчика колотят в сторону врага. Северо-западная башня — вижу вспышки стрельбы, а выглянувший было рядовой увидел меня и успокаивающе махнул рукой остальным. Северо-восточная — чуть подрагивает ствол Браунинга, работая по оркам. Отлично. Вспомнив о карте, глянул там. Все отделения в полном составе, потерь нет!

Со двора слышались невнятные крики. Не до них. Я бросил взгляд на провал в стене и, не найдя капитана с приключенцами, сконцентрировался на поле боя. Там шла натуральная бойня. Доспехи орков? Искрящие рикошеты вели жатву среди рабов. Но большинство все-таки пробивало грубую броню, роняя одного за другим. У особо невезучих даже отрывало руки и ноги, хотя это убивало не всегда. Живучие парни.

А ведь они наступали! Вся армия упорно рвалась к открытому проходу, даже не понимая, что их убивает! Мародеры и вовсе держали строй. Таяли на глазах, но не ломались. Им же хуже, ублюдкам. Хлесткие очереди не знали пощады, укладывая в траву мужчин и женщин, ступивших не по той дорожке. И я их не жалел.

«Героя» на окраине рощи уже не было. Или упустил, бегло осмотрев ту через бинокль. В любом случае, соответствующее задание не зачлось. Плевать. Судя по карте, все идет просто замечательно. Циферки численности сменяли друг друга чуть медленнее секунд. Не особо пострадали только рабы. Так, десяток убитых и с три десятка раненых рикошетами. Жаль, но это неизбежные потери.