— Что скажут остальные? — спросил он и обвел взглядом оставшихся. — Есть какие-нибудь соображения?

— Можно мне, Великий? — спросил один из них.

— Говори Пятый-из-Восьми, — после этих слов он посмотрел на безголового некроманта, который по-прежнему сидел на своем стуле, как кукла. — Ты всегда соображал лучше остальных.

— Чтобы избежать опасности и покончить с этим проклятым миром, нам нужно избавиться от людей, в которых течет кровь, похожая на нашу.

— Неужели? И у тебя есть мысли на этот счет?

— О, Великий, я не стал бы попусту сотрясать воздух своими словами. В трех Порталах мы накопили достаточно энергии, чтобы прорвать их намного быстрее, чем это происходит обычно.

— Интересно, — сказал старый некромант и закрыл глаза. — И что произойдет потом?

— Потом в этот мир попадут несколько специально подготовленных для этого некромантов, которые должны будут покончить с угрозой.

— И ты думаешь, это удастся?

— О, Великий, за многие годы мы собрали достаточно сведений об этом мире, чтобы попытаться это сделать. Мы отправляем туда лучших, и я думаю, нас ждет успех.

— Почему ты только сейчас говоришь мне об этом, Пятый-из-Восьми?

— Мы хотели взять еще немного времени на подготовку, но учитывая обстоятельства, — в этот момент говоривший посмотрел на своего безголового собрата. — Решили, что лучше раньше, иначе может быть слишком поздно.

В зале наступила тишина. Через открытые окна послышался чей-то крик, который сразу же заглушил какой-то рев, и вновь стало тихо. Никто на это не обратил ни малейшего внимания.

— Когда вы хотите начать? — наконец спросил владыка некромантов.

— Если вы дадите разрешение, то мы готовы сделать это хоть сегодня.

— Хорошо, Пятый-из-Восьми. Ты будешь отвечать своей головой за это, и если все получится... Я придумаю для тебя достойную награду. Быть может, ты будешь первым, кто получит власть сразу над несколькими мирами.

— О, Великий! — некромант вскочил со своего стула и упал на колени. — Твое великодушие не знает границ...

Старый некромант поднялся со своего каменного трона и молча пошел прочь из этого огромного зала. Остальные смотрели ему вслед, и каждый из них был благодарен судьбе за то, что его голова осталась на месте.

Великое княжество Московское.

Москва.

Главное управление тайной канцелярии.

Ворон задумчиво смотрел на сидящего перед ним Верховцева, который только что пожаловал к нему прямо от Соколова, и размышлял над услышанным.

Леонид Александрович и до этого давал ему понять, что за всей этой неприятной историей стоит Салтыков и его приятели, но домыслы к делу не пришьешь. Да и неясно было с Владимиром ­— если придет в себя, то это одна история, а если нет ­— дело принимает совершенно другой оборот, тогда можно и за герцогов браться. Выяснять, как так вышло.

Интуиция подсказывала ему, что Соколов придет в себя, да и врачи склонялись к тому же — его молодой организм регенерировал просто с фантастической скоростью. Вот, наконец, это произошло. Только легче от этого не стало и даже наоборот все усложнилось еще больше.

По-хорошему, сейчас он должен поступить очень просто. Опросить молодого виконта и на основании его показаний с пристрастием допросить его сиятельство Салтыкова. Однако есть один небольшой нюанс ­— применить к нему меры физического воздействия без наличия улик никак нельзя. Причин на это хватает.

Во-первых, поднимется буча среди дворянства, что хватают всех без разбору, а затем силой выбивают нужные признания. С учетом того, что в последнее время господин Соколов оброс большим количеством врагов, этого совсем не хотелось. Вонь будет стоять на всю империю и еще неизвестно, чем это в конце концов может обернуться.

Во-вторых, действовать так грубо обстановка не позволяет. Нельзя сейчас слишком сильно дворян волновать. Того и гляди война с Британской империей может грянуть, так что никаких штормов среди аристократов допускать нельзя. Это любому дураку понятно.

В-третьих, Николай Александрович Романов за такие вольности его никак не похвалит. Да, Владимир у него на особом счету, это так. Мальчишка и в самом деле сумел произвести на государя самое лучшее впечатление, а это случается крайне редко. Вот только и фамилии, с которыми Соколов шпаги скрестил, могут за себя постоять и большой общественный вес имеют.

Так что, если он вот так вот, без единой улики, возьмет Салтыкова за ухо и отдаст своим ребятам на растерзание — ситуация может выйти из-под контроля, а этого допустить никак нельзя. Империя не одним Владимиром Михайловичем жива, об этом тоже забывать нельзя.