Захныкав, как ребёнок, Вероника попыталась вырвать свою руку из нервной хватки девушки, но та ещё сильнее сжала её.

– Элисон, ты делаешь мне больно!

– Сестра, пусти её! – закричала Мия.

– И не подумаю, пока не скажет где Тея!

– Она мертва! – прокричала Вероника. Теону обратили и я убила её, ясно?!

В ту же секунду Элисон отпустила Веронику и та, чуть не упав со стула, сползла с него на пол. Ошарашенно посмотрев на подругу, девушка кое-как встала на ноги и подошла к Мие, будто бы ища у той поддержки. Ошарашенная смертью девочки Элисон, холодно посмотрела на Веронику и спросила:

– Как… как это произошло?

Всё ещё дрожа от страха, девушка взглянула на подругу и ответила:

– Это случилось через год после восстания. Мы с Алексом пошли обчистить один магазин, что стоял напротив больницы и она увязалась за нами. Я постоянно держала её за руку, но в какой-то момент она отпустила меня, потому что увидела на полках какую-то игрушку. Я была уверенна, что эти твари внутрь не проберутся. Но я ошибалась. Всё случилось так быстро, она закричала и мы с Александром бросились на помощь. Но вампир уже успел её укусить и я…

– Хватит! Не хочу ничего слышать больше!

– Элисон, я пыталась ей помочь, клянусь!

– Пыталась?! Ты убила её! Из-за твоей недальновидности погиб ни в чём не повинный ребёнок, а ты говоришь, что пыталась помочь?

– Я… я… – промямлила девушка.

– Что ты?! Убила маленького ребёнка, ещё и мне пыталась соврать. Думала я ничего не вспомню и проглочу твою ложь?

– Я не убивала её Элисон! – сквозь слёзы кричала Вероника. Я не виновата!

– Кончай мучить её! – прокричала Мия. Посмотри до чего ты довела лучшую подругу и всё из-за какой-то девчонки!

– Какой-то девчонки? ДЕВЧОНКИ?! Этот ребёнок, единственное, что мне осталось от Криса, не считая Хоуп. Я обещала ему, что присмотрю за ней, что выращу её в нормальных условиях и подарю хорошее детство! Она так много для меня значила. А теперь её нет. Просто нет!

– Да, её нет больше! Зато МЫ здесь. С тобой. Твоя единственная лучшая подруга, которая никак не желала мириться с твоей смертью, она знала, что ты жива и ждала твоего пробуждения. И я – сестра, которая любит тебя не смотря ни на что, я жила два года мечтами о том, как мы однажды встретимся и уже никогда не расстанемся. А, как поступаешь с нами ты?

Но Элисон никак не отреагировала на "комментарии" сестры, ей было всё равно на все заверения в безграничной любви подруги или её собственной. Всё о чём девушка могла сейчас думать, так это о том, что Теоны больше нет. И она больше никогда не увидит её живой, не сможет обнять, поцеловать или извинится за то, как собственноручно подвергла их жизни опасности. Дальше девушку ждут только боль и скорбь, что будут лишь разрастаться, множиться от каждого прожитого дня без девочки. Единственный смысл в жизни, который у неё остался – Хоуп, но она и понятия не имела где теперь искать дочь. Вырвавшись из плена своих дум, девушка безэмоционально посмотрела на сестру и тихим голосом спросила:

– Где была в это время ты?

– Что?

– Где была ты?

Невозмутимо глянув на кузину, Мия ответила:

– Я была здесь.

Горько усмехнувшись, Элисон сказала:

– Отсиживалась в безопасности, пока Тея умирала?!

– Это не так! Александр оставил меня здесь, чтобы я охраняла Эвана, тебя и Миру!

– Тогда почему же ты позволила ей уйти с Вероникой? Почему не остановила, не велела остаться с тобой?

– Потому что она меня не послушала. Она была упрямой и крайне своенравной ты знаешь. Я не могла просто так велеть ей остаться, когда она сама этого не хотела.

– Не – е – е – е – т – протянула Элисон. Дело не в том, что она не хотела здесь оставаться, это ТЫ наплевала на неё. Ты скинула Тею на Веронику, хотя, я именно тебя просила о ней позаботиться, если вдруг со мной что-то случится. Так или нет?

– Так! Но я же не знала, что с тобой действительно что-то случится!

– Что это меняет, скажи мне?! Меня едва не убили, а маленькая Тея остаётся совершенно без защиты, так почему ты не выполнила своё грёбаное обещание данное сестре, а? Почему ты позволила ей уйти отсюда?

– Да потому что я не ты! Это ты у нас прекрасно выполняла роли молодой мамаши и была примером для малолетней сестры мужа, а я не такая! Я хочу жить нормальной жизнью, веселиться, пить, гулять, не выполняя роль матери чужого ребёнка и уж тем более не в этих условиях, когда своя жизнь чуть ли не висит на волоске!

– То есть, для тебя своя жизнь дороже, чем жизнь невинного ребёнка?

– Она не мой ребёнок, Элисон. И я не была обязана брать за неё ответственность.

– Но тем не менее ты согласилась.