– Все готово, великий хозяин, – пропищала сморщенная коричневая мерзость, облизываясь.

Несмотря на напряженную обстановку и патологическую нехватку времени, Юлгу не удержался от поощрения, он ценил безупречную службу. Некромант еще раз обмакнул свои пальцы в кровь, ласково прошипев.

– Премия. И вызывай мое сахарное чудовище, Совершенна.

Предвосхищая появление громады из астрала, темный маг мгновенно перенесся, отдалившись метров на десять от убитых.

Гнуся не заставила своего хозяина нервничать и уже через несколько мгновений что-то запищала азбукой Морзе, интенсивно заелозив всем своим телом, висевшим на синем шнурке, и наконец смачно плюнула. Плевок, словно шаровая молния, мгновенно изменил траекторию и с легкостью стальной дробины, прошивающей тонкий полиэтилен, пробил пространство, уйдя в астрал вызовом.

Последствия ворожбы фамильяра впечатляли, рядом с пришпиленными стражниками вдруг появилась гигантская, будто сотворенная из мутного хрусталя паучиха размером с небольшой одноэтажный домик и нетерпеливо заегозила лапами. Страшный старик довольно и тихо с придыханием заговорил, будто ему воздуха не хватало:

– Вижу, вижу, нравится тебе эта сладенькая свежатина. Двое – моя плата, остальные на кокон перемещения. Требуется из Соккерто кое-кого переместить сюда.

От таких слов некроманта Гнуся аж побелела и взвизгнула противным тонким голоском:

– Как? Как такое возможно? Мы что, не будем участвовать в эпическом захвате гнезда дракона, кровь, кишки, вой и мольбы умирающих – и это все без нас? Без нас?

Юлгу, осклабившись, хмыкнул и почему-то ответил своему фамильяру:

– Запоминай, дурочка сморщенная. Удел великих и деятельных – стоять в стороне и любоваться делами рук своих, что может быть лучше? К тому же в гнезде драконов находятся несколько моих однокашников по академии. А я чертовски сентиментален и невероятно добр, и зачем мне все эти переживания? Я лучше отдохну, поброжу по кладбищу Соккерто, где так прекрасно и умиротворенно, давно там не был.

Некромант глубоко вздохнул, закрыл глаза и словно ушел в медитацию. Пауза продлилась не более пяти ударов сердца, а затем он резко сказал:

– Поспешим, моя прелесть, моя сахарная девочка из астрала, времени у нас почти не осталось, до «Набата Бессилия» уже совсем ничего, а нам еще столько всего надо успеть. Да и переодеться следует, новый мир полагается встречать в парадных одеждах, – сам себе напомнил некромант.

Астральный прядильщик тут же без промедления поочередно всадила свои хелицеры 2 в обездвиженных стражников. Всего лишь нескольких секунд хватило чудовищу, чтобы буквально без остатка выпить несчастных. На мостовой от некогда полных сил и жизни бедняг остались лишь прекрасные стальные элементы доспеха. Участь оставшихся пока в живых была еще более ужасной. Паучиха, с невероятной скоростью перебирая конечностями, буквально распустила людей, доспехи и элементы одежды на тонкую алую нить, смотанную в плотный кокон.

После чего громадный монстр закрепил кровавый клубок на лохматом брюшке, противно проскрипел хелицерами, криво разрезая действительность, словно ткань, и пролез в эту рваную щель. Страшный старик, совсем не спеша, как-то даже обыденно проковылял за паучихой в мерцающую щель. Легкий высокочастотный треск, раз, два, три – и своеобразная портальная прореха соединилась краями, вспыхнула ломаной линией и исчезла.

Три тысячи ударов сердца спустя

Великий город Соккерто, иногда именуемый городом воров, центральное кладбище

Тихо. Глубокая, беззвездная ночь, напрочь заплутавшая в пелене клубящегося, свинцового тумана. Ох и страшно же здесь, холодный озноб пробирает аж до неприятной дрожи в коленях. Да что там говорить, ж-жутко тут очень, и место, и само время выбрано явно не для слабонервных. В какую сторону ни всмотришься, куда ни глянешь, кругом лишь зловещие лабиринты из крестов, скорбных статуй и склепов. И даже редкие, светящиеся ядовито-зеленым мотыльки Нум, порхающие меж могил, нисколько не добавляли бесстрашия. Несмотря на всю эту кладбищенскую, зловещую тишину и традиционную леденящую душу упокоенность, здесь все же что-то происходило.

Разглядеть их, укутанных в черное, и тем более услышать обычному человеку, обделенному даром магии или ночного видения, не представлялось возможным.

Недзебе 3 проявлялись размытыми тенями, бесшумно набегая с разных сторон боевыми пятерками, как у них и принято. Наверное, лучшие из убийц этого мира безмолвно выстраивались согласно приказу в плотное построение, позволив себе лишь едва заметные тактильные приветствия братьев по клану. Последним, словно туманным мазком на темном холсте реальности, появился, видимо, командир, на вид сама стремительность, к слову, очень опасная стремительность. Окинув взглядом своих подчиненных, прибывший последним все же позволил себе тихо сказать:

– Внимание, предупреждаю, мы здесь по заказу и воле Хромой смерти.

На эти слова тени заметно напряглись, вмиг подобравшись, словно перед прыжком. Ха, еще и не так отреагируешь, услышав упоминание о сильнейшем некроманте, вечном проклятии севера, безжалостном Юлгу.

Нутром почувствовав постыдный озноб, исходивший от подчиненных, глава недзебе тихо, но доходчиво прошипел:

– Отставить мандраж, внимаем сюда. Главное, молчим, в глаза клиенту не смотрим, он этого не любит. У нас же еще есть немного времени до сходки с заказчиком. Всем оправиться, осмотреть себя. Напоминаю, любая небрежность в одежде, грязное пятнышко на вороте или дурной запах запросто могут навсегда оставить вас средь этой «чарующей красоты». – И главарь плавно развел руки, показывая тем самым, мол, вот прямо здесь и останетесь, если что.