Тем более у нас к весне накопилось куча неразрешенных вопросов. В частности «дорогую слез» прошла куча баб и детишек из стойбищ хазар, сейчас они находились в положении пленных и наполовину холопов т. к. заложников никто бы просто так кормить не стал и они отрабатывали свой кусок хлеба. Опять же в какое элитное жилье их тоже никто селить не собирался*.

(не собирался* не нужно путать военных преступников, например 100 холопов проданых Милане и используемых для добычи золота. Те вполне себе полноценные холопы. Бабы и дети военных преступлений не совершали. Взяты в походе на Итиль в заложники, и никто их обращать в рабов не собирается.)

Кроме самих жителей степей у нас оказалось огромное число скота: лошадей, овец какая часть пойдет, как военная добыча, а какая будет возвращена вассальному Хазарскому ханству и нужно было обсудить. Это была одна из причин отчего я не поехал сам в Итиль, а вызвал Булана. Ибо он выступает в роли просителя и горе побежденным. Потому готовил ему особую встречу. Перед тронным залом сразу у дверей стояли мои гвардейцы из солдат нового строя. Да! У нас появилась своя гвардия из того призыва, что смогли выжить в той мясорубке, что случилась зимой. Гвардеец приказал ожидать он доложит Великому князю о визите почтенного хана, а пока предложил присесть на не очень широкую и удобную лавку в «предбаннике» тронного зала. Когда он мне доложил, приказал ему стоять и ждать рядом с троном, после того, как прошло около 7 минут, велел доложить, что приму хана, но ему нужно немного подождать. Если честно именно в этот момент мне не чем было особо заняться! Нет, время правителя расписано по минутам, но конкретно это время было специально под хана Булана. Просто надо было дать ощутить хазарскому правителю, кто он и кто я. Примерно через 12–15 минут одному из гвардейцев внутри тронного зала приказал пригласить Булана, не мне же лично бегать…

— Великий, так приветствовал Булан, поклонился по хазарской традиции и стоял не разгибая спины, ожидая моего ответа.

— Друг мой, Булан (я сделал комплимент назвав другом, но не назвал ханом, чем снова указал место вассалу), хорошо ли ты устроился?

— Благодарствую Великий.

Далее пошел долгий и нудный разговор в результате которого мы оговаривали условия по сути мирного договора и освобождение заложников. Когда мы подсадили Булана на хазарский трон, фактически было заключено «перемирие», где он признавал нашу силу и власть над собой. В том числе потому, что ему были необходимы наши мечи, дабы усидеть на престоле. Теперь же нужно было оговорить абсолютно все условия на каких будет развиваться наше сотрудничество.

Первое и главное! Заложников было оговорено освобождать партиями. Первая партия обязана была сопровождать переселенцев Руса, вторая Всеслава. Была банальная задумка заложить сразу 2 города Тмутаракань и Керчь. В одном из городов будет 300 бывших жителей Тулы, а вовтором 500, плюс некоторые переселенцы были присланы из белгородского княжества, где бывший орловский князь, времени даром не терял. Опять же часть из первой и второй партии заложников временно поселится в городе и будет выполнять не самые престижные работы.

За скот же (мы им возвращали их скот) они обязаны часть шерсти и мяса сдавать в виде налога в города Керчь и Тмутаракань. Ибо веси ставить в степи большая такая проблема, но кочевники могут снабжать шерстью и мясом, море даст рыбу, а зерно и чеснок (сушенный чеснок, дабы не было проблем со здоровьем) будем присылать из метрополии. Опять же безопасность путей будут гарантировать кочующие в округе роды, дабы не прогуляться повторно «дорогой слез».

Булан обязался прислать корабельщиков, как только пойдет строевой лес, а чего-чего, а леса на Руси в той её географической части, которую называли «Лес» хватало! Мы будем строить военно-торговый флот. Причем в первую очередь военный. Дело в том, что торговля в 6 веке имела некоторые особенности. Купцы, когда встречали конкурентов, банально их топили или захватывали корабли, обращая команду в рабов и захватывая груз. Так сказать два в одном. И конкурента не существует и личное обогащение т. к. +1 корабль и сам груз. Хотя коварство молодого князя поразило даже хазарского хана.

— Булан мы оба знаем, что купцы захватывают корабли конкурентов и так легко прослыть пиратом, а нам не нужны проблемы с соседями…

— Великий, но я не в силах контролировать жадность каждого купца, а они имеют такие странные традиции.

— Не нужно ничего запрещать Булан! Если нельзя запретить, нужно возглавить.

— Великий, мне трудно понять твои мысли, которые подобно степному орлу парят очень высоко.

— Булан, надо срочно строить флот для будущих городов Керчи и Тмутаракани, но быстро не получится…

— Действительно — это так.

— Пусть твои купцы и дальше захватывают корабли конкурентов в Каспийском море (русичи называли Хвалисское море, иногда Хвалынское, но кто такое помнит? Потому использую более понятное название. Кстати, хазары Персидское море называли, такое иногда буду использовать), но зачем злить персов и других соседей? Пусть твои корабельщики разбирают корабли и доставляют их в Керчь и Тмутаракань — мы заплатим золотом!

— Ты поистине Велик, Великий князь! Быстро согласился Булан. Хазары очень ослабли после последнего похода и дразнить соседей или тем более давать им повод пойти в поход на пиратов он не хотел. Купцам же важна выгода. Корабелы в Итиле подчинялись хану, перевозить опять же будут люди хана, итого купцы довольны и хан пополняет казну, нет претензий от соседей в сюзерен в виде Велемира доволен. Потому Булан так быстро и согласился.

— Булан, но у меня будет и другое предложение…

— Все, что прикажет мой Великий господин!

— Думаю, что мои купцы продолжат славные традиции по захвату кораблей конкурентов в Черном море, а там властвуют даже не персы, а византийцы.

— Воистину — это так Великий!

— Как думаешь ваши корабельщики смогут разобрать византийский корабль и доставить его в Итиль с тем условием, что затем снова его собрать и запустить плавать в Каспий. (автор знает, моряки говорят «ходить», а плавает другое, но ГГ не разу не моряк.)