В корпус Сталкеров, набирали всех желающих, так как смертность в наших рядах просто зашкаливала. Даже, несмотря на то, что нас неплохо учили, в академии Дальнего Дозора, лучшие мастера своего дела, и вооружали и экипировали за счет города, лучшей амуницией, все равно, наше братство постоянно несло потери. И тогда, кто-то умный, придумал такое изобретение, как Аргус, то есть – автоматически регулирующееся устройство.

И представлял он из себя небольшой, сферический модуль, размером с два моих кулака, который постоянно, включив стелс, висел в двух – трех метрах над моей головой и десятком своих камер, фиксировал всё, что происходило вокруг, ну и раз в час, он сбрасывал всю накопленную информацию в штаб. Причём, эта сволочь, мне ни в чём – не помогала и ни о чём – не предупреждала.

Зато вот, польза городу от него, была просто – величайшая, так как моё командование, в режиме реального времени, постоянно получала всё новую и новую информацию, от сотен и сотен таких модулей, бессистемно блуждающих со своими хозяевами, по всевозможным закоулкам, пустошам и развалинам нашего, словно Феникс, возрождающегося из пепла, мира.

Я вновь остановился и прислушался, и новый звук, металлическим лязгом добавившийся в палитру лесных звуков, мне совсем не понравился. Но, он был где-то далеко, а вот шипящий звук, секущих воздух лопастей, был уже рядом. И вновь на меня внезапно, словно волк на охотника, из-за ближайших деревьев, вылетел сферический дрон типа «Глобус» и стал наводить на меня ствол, но уже не штурмовой винтовки, закрепленной в его нижней полусфере, а снайперской.

И ему потребовалось на это, всего лишь две секунды, ну, а мне же на прицеливание, всего одна, спасибо инструкторам из академии Дальнего Дозора. Хлопнул, тихий выстрел Спектры, совершенно не дававшей отдачи и летающий шар, так удачно зависший в воздухе, разлетелся дождем пластиковых осколков. И это было хорошо, а вот то, что лязгающий металлом звук стал ближе, было уже плохо.

Значит, эта летающая сволочь, все же успела навести на меня, кого-то из своих роботов поддержки. И это действительно оказалось так. Не прошло еще и минуты, как росший невдалеке кустарник, тараном разрезала морда роботизированной Гончей и сервоприводы, приводящие её металлическое тело в движение, буквально взвыли, разгоняя его.

Я открыл шквальный огонь, так как, о ни каком прицельном, тут речи уже и не шло. Ибо, роботы – убийцы этой модели, на коротких расстояниях, развивали просто бешенную скорость, даже не смотря на лесную, сильно пересеченную местность. Тем более, что, как раз для этого их и создавали. И там, где колесный робот или гусеничный, застряли бы на мертво, модели этого семейства чувствовали себя вольготно.

Огромная, полностью металлическая собака, три метра в длину и полтора в высоту, уж не знаю, почему её назвали – гончей, а не тигром, но не суть, приближалась ко мне стремительно. Каждым своим прыжком, преодолевая за раз, по 3-4 метра лесной подстилки, при этом легко перепрыгивая через различные пни, выворотни и поваленные деревья.

Мои разрывные пули, высекая весёлые искры, просто бесполезным горохом отскакивали, от хорошо забронированной головы и грудной пластины, этого противопехотного робота. А доставать – бронебойные, из своего, тактического рюкзака, уже не было времени. И поэтому я, отчаянно пытался попасть, или в глазной сенсор приближающегося робота-убийцы, или в сустав, одной из его лап-манипуляторов.

Но, за такой, короткий отрезок времени, и по такой, хаотично движущейся цели, это было практически нереально.

И вот, прошло, всего лишь десять секунд, с момента нашего первого визуального контакта, а стальная собака, с бешено вращающимися в её пасти, четырьмя зубчатыми фрезами, моментально могущими перепилить даже стальную трубу, уже была в пяти шагах от меня. И собравшись в тугую пружину, тут же прыгнула вперед, или даже, как любят писать поэты – прянула.

Ну, а я же, не желая попадать, в её фрезерно-разделочную пасть, со всей силы оттолкнувшись ногами от лесной дерна, прянул в сторону. И как только, железная туша робота, пронеслась мимо меня, тут же, почти что в упор, всадил в её металлический бок, длинную очередь разрывных пуль. Которые наконец-то, и в отличие от толстой, грудной пластины, легко пробили боковую, и роем буравчиков, углубившись в чрево робота, чередой микровзрывов разорвались в нём.

И ещё секунду назад грозная, боевая, полностью роботизированная машина, по уничтожению пехоты противника, сейчас, кучей бесполезного металлолома, просто грянулась о землю и застыла на ней, чадя из развороченных дыр, черным удушливым дымом горящей изоляции и посвёркивая в своем чреве, злыми искрами коротких замыканий.

Я поднялся с земли, потирая ушибленный о корень локоть, достал из рюкзака ремонтный набор и принялся курочить останки Гончей. Так как, любой робот – это не только куча металлолома, а ещё различные микросхемы, процессоры и блоки памяти.

И это всё стоило денег, причем не малых. И не нужно думать, что если в твой первый выход, твой полис тебя экипировал, то так будет и дальше. Так как дальше, будет совсем наоборот и придется платить уже за каждый патрон, что потратишь.

И так в родном городе достаточно крикливых голов, которые на каждом углу кричат, что Сталкеры ему не нужны. Причем, что самое интересное, никто из этих крикунов, никогда не выходил за городские, крепостные стены и ни одного часа не провел один, в диких пустошах. Я наконец-то перестал, ковыряться в остатках Гончей и убрал добытые ништяки, в один из отсеков, своего сталкерского рюкзака.