А пока в промозглом городе всё сильнее бледнеющего солнца я ощущала себя особенно прохладно и отчужденно, будто потеряв последнее уютное пристанище в жизни. Мысли невольно возвращались к дому Аластора, там был кусочек прошлого Ньярла, и женщина, знавшая Лилит. Хотелось напроситься в гости и еще хотя бы одним глазком посмотреть на дневники, записи и портреты, но страх перед застарелой болью и глубоким шрамом на сердце мага гнал от этой идеи прочь по просторным мокрым улочкам Санктума, в пустынные парки и уютные кофейни Макдоннелл.

Я сама не заметила, как пришло время нового урока, и даже сидя в одном из кабинетов дворца в ожидании Авеля, словно в полусне наблюдала за моросью за окном, пока из своеобразного транса меня не вывел неожиданно нагревшийся кулон с цветком полыни. Прикоснувшись к нему, я тут же услышала знакомый голос.

— Сэра! Это я Ив.

— Здравствуй, ч…

— Что ты сказала этому вредному маленькому засранцу?

— Что? О ком…

— Авелю, Авелю, что ты сказала?

— О тебе?

— И обо мне в том числе!

Впав в ступор, я мельком проследила за пролетевшим у стекла кленовым листом. Сознание неохотно воспроизводило в голове события прошлой встречи с королем.

— Только то, что из-за его воинов у тебя полно работы.

— Ах, вот оно что! Тогда все ясно!

— Ясно?

— Сэра, знаешь, что он сделал? Он вообще говорил тебе об этом?

— Ив, я ничего не понимаю, объясни нормально.

— Я и объясняю! Этот светлый ублюдок решил, что сможет откупиться от нас целым отрядом профессоров и деньгами, направив их якобы для развития медицины в Кадате! Ты слышишь эту ересь? Развитие, мать его, медицины, после того как этот выродок припёрся к нам со всей своей проклятой армией и похерил все мои исследования за последние тридцать лет, вырезав одну половину страны и замучив вторую. Но даже это ещё не всё!

— Что-то ещё?

Сделав паузу, Ив явно отпила немного воды, но продолжила с прежним запалом.

— Этот доморощенный гений дипломатии послал ко мне в услужение не просто кого-то из своих желторотых практикантов, а этого старого гандона, что не дал мне закончить институт из-за общей с Гербом работы! Ха! Ты представляешь, эта старая дряхлая скотина теперь стоит на задних лапках и послушно виляет хвостиком, преданно заглядывая в глаза, хотя при последней встрече обещал бросить на костёр меня и весь мой род за связь с некромантом. О, ты бы видела, как сильно он меня ненавидел, я была уверена, что нас не выпустят из столицы и он собственноручно прирежет меня на пути к кораблю, но сейчас! Сейчас эта сволочь готова мне ноги целовать и бегать с полными утками по этажам, лишь бы от него был толк!

— Так, что ж…

— Передай Авелю мою благодарность и пошли его к черту за его жалкие подачки! Своими исследованиями я делиться не собираюсь!

— Я передам.

— Спасибо лапуль, ты сама как, все хорошо? Ничего не болит?

— Все в порядке, благодарю.

— Не забывай кушать, и как только появится время, приходи обследоваться

— Х-хорошо, а вы не могли бы передать Каину послание от его знакомой в Санктуме?

— Конечно! Очередное признание в любви? Или где-то объявился ребенок?

— Нет-нет-нет, что вы, она сказала: то, что меня нет, не значит, что мимик не подглядывает.

— Странно, звучит как бред.

— Она помогла мне и показалась достаточно милой.

— Что ж, ладно, передам, пускай сам с этим разбирается. Заряд кулона кончается. Сэра, будь осторожна и не забывай отдыхать. Пока-пока!

— Пока…

Едва сознание опустело, а украшение остыло, в голову закралась запоздалая мысль: нужно было спросить о Таранисе, жив ли он вообще.

Ив наверняка сказала бы, если бы с ним что-то случилось.

Наверно. Я надеюсь, что меня не обмануло впечатление о светлом, хотя карты Аластора говорят об обратном.

Если они вообще говорили об этом.

За спиной у входа тихо хлопнула дверь. Обернувшись, я встретилась с Авелем взглядом и с легким удивлением отметила, что ему вновь стало плохо. Не так, как в наш первый урок, но достаточно заметно, чтобы светлые держались от него на приличном расстоянии.

— Извини, я задержался.

Король застыл посередине комнаты в нерешительности, поглядывая то на кресла, то на меня. Он выглядел уставшим и каким-то напряженным, словно перетянутая и покосившаяся деревянная кукла. С долей стыда я кивнула ему на кресло и подошла ближе, дождавшись, пока Авель сядет.

Приехала вроде бы помогать, но так ничему и не научила, даже азам.

— Дайте мне руки.

— Сэ-эра…

— Я не хочу начинать урок с перепалки.

— Тогда умоляю, не нужно выкать, это звучит отвратительно.

Опершись локтями в колени, король сгорбился, протянув мне ладони. Пришлось присесть перед ним, чтобы взять за руки и осторожно забрать лишние силы. Я надеялась, что минимального контакта хватит, но жадные пальцы быстро вцепились в мои плечи. Держась за меня, как за спасательный круг, Авель судорожно вздохнул, невольно уткнувшись в мою шею.